– И как это ни странно, Ноэль раньше учила мою дочь Элли. Занималась с ней математикой несколько недель перед тем, как моя дочь исчезла.
– Что… здесь? – Он указывает на пол.
– Нет. Ноэль приходила к нам домой. Примерно полмили отсюда.
– Понятно.
Минуту Лорел внимательно смотрит на Джошуа, изо всех сил желая, чтобы он предоставил хоть что-то, лишь бы распутать сумятицу мыслей в ее голове.
– Так вы говорите, произошло несчастье? – подытоживает он. – Это вы имеете в виду?
– Не знаю, – отвечает Лорел. – Я и правда не знаю.
– Все это на самом деле кажется немного странным, – заявляет Джошуа. – В этом я с вами согласен. – Он ставит локти на колени, и на мгновенье его взгляд упирается в пол. – Сейчас вы конкретно заставили меня подумать. – Он чертит кончиком пальца круги на виске. – У вас есть тайна, и у меня есть тайна, и вы думаете, что, может, эти две тайны связаны?
– Вы когда-нибудь просматривали вещи Ноэль? – интересуется Лорел. – Ее личные вещи? Дневники, например?
– Нет. Никогда. Но была… – Он делает паузу. – Была одна вещь. Действительно странная. Мы так и не смогли разобраться. – Он смотрит на дверь, на Лорел, глубоко вздыхает. – Показать вам?
– Что?
– Вам придется довериться мне. Я для вас незнакомец и могу оказаться кем угодно.
– Что вы имеете в виду?
– Ну, то, что в подвале.
– В подвале?
– Очень странная вещь, какую мы нашли там.
Лорел чувствует всплеск адреналина. Она смотрит на сидящего напротив нее мальчика с милым лицом.
– Я пойму, если вы не захотите спускаться. На вашем месте я бы точно не захотел. Вероятно, насмотрелся слишком много ужастиков.
Джошуа улыбается – хороший молодой человек из Ирландии, собирающийся получить степень.
– Я могу просто описать это, если хотите. Или, может, лучше я спущусь в подвал один и сделаю для вас фотографию на свой телефон? Так было бы лучше?
Лорел улыбается.
– Все нормально. Я пойду и взгляну сама.
– Отправьте кому-нибудь эсэмэс, – предлагает он, все еще глядя на нее с тревогой. – Чтобы они знали, где вы. Так я и сам бы сделал.
Она опять смеется.
– Просто покажите мне.
Дверь в подвал находится в кухне. Джошуа достает из ящика фонарик и ведет Лорел вниз по деревянным ступеням. Вот и дверь. Он открывает ее, и они попадают в небольшую квадратную комнату, облицованную такой же лакированной сосной, как гостиная и кухня. Высоко в стене есть маленькое оконце, в котором видны тонкие ветви вишни, растущей в садике перед домом. Маленький диван раскрыт. Напротив него телевизор и стул. На столе у дальней стены громоздятся один на другом странные ящики, похожие на клетки для хомяков.
Джошуа проводит по этой груде лучом фонарика.
– Когда сюда приехали мои дяди, в этих клетках было двадцать с чем-то хомяков. И все были мертвы. Знаете, лежали на спинках с поднятыми вверх маленькими лапками. – Джошуа ловко изображает мертвого хомяка, лежащего на спине с поднятыми в воздух лапками. – Видимо, одни из них питались другими. Мы так и не смогли ничего понять. Думали, может, Ноэль разводила их? Ну, знаете, продавала детям? Мы не смогли найти даже намеков на это. Странно. Типа, разводить животных в своем подвале? И просто бросить их умирать?
Лорел смотрит на клетки и содрогается. Потом опять озирается. Несмотря на панели медового цвета, комната выглядит голой и холодной. Сам воздух здесь леденит кровь, лишает сил.
– Как вы думаете, для чего предназначалась эта комната?
Лорел поворачивается посмотреть на дверные замки. Их три. Затем снова смотрит на окно, расположенное высоко под потолком, на голые ветви вишни, раскрытый диван-кровать, телевизор.
– Похожа на комнату для гостей, как мне кажется.
– Не очень-то здесь уютно, Джошуа?
– Совсем не уютно. И я не думаю, что у нее часто бывали гости. Все говорят, что она была нелюдимой.
– Ну и зачем ей держать здесь диван-кровать? И телевизор? И животных, которых она оставила умирать?
– Я ведь уже говорил, все это более чем странно. Честно говоря, думаю, моя тетушка Ноэль была странной во всех отношениях. Как ни крути. Мы подозреваем, что ей навредила потеря ее сестры в столь юном возрасте. Понимаете?
Лорел опять вздрагивает. Она думает о том, что Ханна тоже потеряла Элли. Что у Ханны темная, бездушная квартира. Что у Ханны нет чувства юмора, и она так несмело, неловко обнимает свою мать. На Лорел накатывает приступ паники – что, если Ханна закончит, как Ноэль Доннелли: накупит хомяков и исчезнет, оставив после себя только призрак и мертвую зону?
И пока Лорел думает обо всем об этом, ее взор привлекает что-то торчащее из-под диван-кровати. Что-то маленькое, пластиковое. Она нагибается, протягивает руку и берет… бальзам для губ в ярко-розово-зеленом тюбике!
Бальзам для губ со вкусом арбуза.
Она крутит его в ладони, затем кладет в карман.
Лорел интуитивно чувствует, что этот бальзам принадлежит ей.
