Лорел подходит к двери, ведущей в рабочий кабинет Флойда. Именно там он занимается домашним обучением Поппи. Там же пишет книги и статьи. Если бы Лорел занималась обустройством этого дома, то снесла бы стену между комнатами, чтобы расширить гостиную. Но Флойд оставил обе комнаты отдельными, какими они были в викторианские времена. Лорел еще ни разу не была в рабочем кабинете Флойда. Иногда ей удавалось мельком заглянуть в него, когда Флойд входил в кабинет или выходил из него. Лорел чувствует – хотя не понимает, откуда взялось это чувство, – что Флойд не хотел бы, чтобы она входила в его кабинет без разрешения. Поэтому она задерживается перед дверью, взявшись за ручку и убеждая себя, что Флойд не может жить без Лорел, а это просто еще одна комната и туда, конечно, можно войти, чтобы поискать предохранитель.
Лорел поворачивает ручку.
Дверь открывается.
Кабинет Флойда хорошо обставлен и создает впечатление уютного. Половицы покрыты вытертыми килимами[59]. Мебель старая, массивная. Две хромированных настольных лампы на изогнутых стойках: одна с зеленым стеклянным абажуром, другая с белым. На столе лежит открытый ноутбук с экранной заставкой в виде меняющихся пейзажей. Лорел быстро просматривает ящики стола Флойда.
Ручки, блокноты, иностранные монеты, компьютерные диски, компакт-диски, флешки – все аккуратно разложено по внутренним отделениям. Лорел подходит к другому столу, тому, что стоит у окна с видом на сад. Ящики заперты. Она вздыхает и начинает рассеянно перебирать лежащую на столе пачку бумаг. Лорел больше не ищет предохранитель. Она ищет то, что поможет ей выбраться из душной ловушки, в которой Лорел находится уже несколько дней.
И внезапно в ее руках оказывается
Через мгновение возвращаются Флойд и Поппи. Они купили восьмифутовую елку.
– Ну как? – Щеки Флойда полыхают красным после того, как он втащил елку в дом. Он ставит ее вертикально, чтобы Лорел могла оценить высоту. – Мы справились с заданием?
– Еще как! – восклицает Лорел, прижимаясь к стене, чтобы Флойд мог протиснуть елку через прихожую в гостиную. – Это же полтора дерева. Нам понадобится еще одна гирлянда!
– Та-дам! – Поппи появляется позади отца. У нее в руках сумки из магазина «Умелые руки», полные гирлянд.
– Блестяще, – изумляется Лорел. – Вы предусмотрели все.
Телевизор по-прежнему настроен на рождественские песни. Звучит
Флойд режет упаковочную сетку на елке, а Лорел и Поппи смотрят, как пружинят, освобождаясь, ветки. Флойд крайне возбужден.
– Эй! – Он поворачивается к Поппи и Лорел. – Она и в самом деле хорошая? Я выбрал хорошую елку?
Обе уверяют его, что елка превосходная. Потом Поппи и Лорел начинают украшать елку, а Флойд отправляется на кухню готовить ужин.
– Значит, вы обычно не наряжаете елку? – спрашивает Лорел.
– Нет, – отвечает Поппи. – Я и вправду не знаю почему. Полагаю, мы не из тех семей, которые увлекаются Рождеством.
– А Сара-Джейд и ее мама? Они украшают елку?
– Да! – Глаза Поппи загораются. – Кейт без ума от Рождества. Совершенно помешалась на нем. Их дом похож на рождественскую открытку. – Она останавливает себя. – Пожалуй, это перебор.
– А мне кажется, прекрасно.
Поппи улыбается.
– А у Бонни будет елка? В сочельник?
– О, боже, да. Конечно, будет.
Поппи широко улыбается.
– Я не могу так долго ждать, – откровенно признается она. – Хорошо бы для разнообразия устроить настоящее Рождество.
– А что вы обычно делаете на Рождество?
– На самом деле, ничего особенного. Обедаем. Обмениваемся подарками. Смотрим кино.
– Только вы вдвоем?
Поппи кивает.
– Ты не встречаешься с семьей?
– У меня нет семьи.
– У тебя есть Эс-Джей.
– Да, но это только один человек. Я имею в виду большую семью. Как у тебя. Мне иногда хочется… – Девочка бросает быстрый взгляд на дверь гостиной и начинает говорить тише. – Я люблю быть с папой. Но иногда мне хочется, чтобы было больше.
– Больше кого?
Поппи пожимает плечами:
– Больше людей, вероятно. Больше шума.
Немного времени спустя они отходят на шаг от елки, как раз когда в телевизоре начинает звучать
Флойд входит в гостиную и ахает.
– Леди, – говорит он, положив руки на плечо Поппи и Лорел, – это абсолютный триумф. – Он выключает люстру и возвращается к елке. – Ничего себе! Только посмотрите на это чудо!
