И тогда она исчезла полностью

Да ладно, Флойд. Давай начистоту. Ты же не думал, что ребенок мог быть твоим, не так ли? Эта великолепная малышка? Что она могла вырасти из твоих изнуренных старых генов? Ты в самом деле никогда не задумывался над этим? А, Флойд? Так вот, отец вовсе не ты. Отец Поппи был молодым, очень молодым мужчиной, студентом, соискателем степени доктора философии. На том веб-сайте, где я купила сперму, было написано, что этому студенту под тридцать, его рост шесть футов один дюйм[58], у него зеленые глаза и темные волосы. Выбирая его, я представляла себе парня Элли. Тео. После этого я приехала к тебе в моей атласной блузке. Я была на высоких каблуках и обольстила тебя таким способом, какой ты, несомненно, никогда не забудешь. Все было абсолютным жульничеством. Я обвела тебя вокруг пальца, Флойд. И ты повелся, проявив малодушие и бесхребетность.

И я добавила:

– Можешь оставить ее себе, ублюдок. Держи ее у себя и плати за нее. Но заруби себе на носу: каждый раз, когда посмотришь на нее, то вспомнишь, что она всего лишь большой мешок, наполненный клетками и ДНК других людей. И так будет всю оставшуюся жизнь. Что ж, удачи вам обоим.

Я схватила свою сумочку и перекинула ремень через плечо. Я полностью разделалась с тобой и с этим чудовищем Франкенштейна. Все было кончено. Осколки мыслей вращались в моей голове столь быстро и дико, что я с трудом смогла вспомнить собственное имя. Зато чувствовала настоящую эйфорию.

На миг я задержалась – хотелось полюбоваться, как твое лицо омрачается подобно небесам в грозу, а кожа багровеет. А ты успел вскочить и через стол бросился на меня. Твои руки оказались на моем горле, а мой стул свалился назад вместе со мной. Я ударилась головой об пол и, боже мой, решила, что ты хочешь убить меня. Ей-богу, я действительно так подумала.

Утром Лорел выходит из дома Флойда и направляется на работу, но решает проехать мимо квартиры Ханны в надежде увидеть, как Тео и Ханна вместе выходят из дома. Еще темно и тихо, но по крайней мере теперь Лорел может вообразить, где и с кем была ее дочь – в постели с Тео Гудменом.

Тео теперь учитель в школе. Как ни странно, Ханна сообщила это Лорел примерно год назад. Сказала, что где-то наткнулась на него. Лорел уже не помнит подробности. Должно быть, тогда все и началось.

По правде говоря, Лорел в ужасе от такого поворота дел. Хотя, может быть, и напрасно.

Тео был парнем Элли. Он принадлежал ей, и она принадлежала ему. Они были неразделимы, всегда вместе, как пара перчаток. И теперь Лорел сердится на Ханну, силясь понять, что Тео нашел в Ханне такого, чего не видел в Элли. Мысли Лорел то и дело сбиваются, и ей иногда кажется, что Тео мог выбрать Ханну в качестве утешительного приза.

Но потом Лорел вспоминает, как воскресным утром увидела белокурую девушку, выходящую из супермаркета. Улыбающуюся, привлекательную девушку. У нее не было ничего общего с той, другой, кто с кислой физиономией время от времени приветствует Лорел у своей двери. Та зажатая и изможденная девушка никогда не смеется над шутками Лорел. Та уставшая молодая женщина вздыхает в трубку телефона, когда слышит голос матери.

И Лорел впервые приходит в голову, что, может быть, по своей сути Ханна совсем не так уж несчастна.

Может быть, Ханна просто не нравится Лорел.

Во второй половине того же дня Лорел звонит Полу. Он на работе, и она слышит гул спокойных голосов на заднем плане.

– Послушай, Пол. Можно тебя спросить о Ханне?

На мгновение повисает тишина, после чего Пол отвечает:

– Да.

Он уже знает, думает Лорел.

– Ханна говорила тебе что-нибудь о своем парне?

Снова тишина.

– Да, говорила.

Лорел выдыхает.

– И давно ты о нем знаешь?

– Уже несколько месяцев.

– И ты знаешь… Знаешь, кто это?

– Да, знаю.

Лорел закрывает глаза.

– И Ханна просила тебе не говорить мне?

– Что-то вроде того.

Теперь паузу делает Лорел.

– Пол, как думаешь, Ханна меня ненавидит?

– Что? Нет. Конечно нет. Она тебя вовсе не ненавидит. Ханна никого не ненавидит. Почему ты так говоришь?

– Просто каждый раз, когда мы вместе, она такая… колючая. И неприветливая. Я всегда относила это на счет ее задержки в развитии. Понимаешь, утратила Элли, когда сама была лишь на пороге взрослой жизни. Но на днях я видела Ханну с Тео. Она была веселой, живой, полной надежд и такой счастливой. Она казалась совсем другим человеком.

– Ну, да, судя по всему, она безумно влюблена.

– А когда она с тобой и Бонни, какая она? Беззаботная, раскованная? Веселая?

– Я бы сказал, да. Вообще-то да.

– Значит, ты видишь, я права. Дело во мне. Она меня не переносит.

– Я уверен, что это не так.

– Нет, именно так, Пол. Ты этого никогда не замечал. Ты никогда не видел, какой она становится, когда мы остаемся вдвоем. Она похожа на… пустое место. Там нет ничего. Только пустой взгляд. Что я сделала, Пол? Что такого неправильного я сделала?

Она слышит, как Пол вздыхает.

– Ничего, – отвечает он. – Ты ничего не сделала неправильно. Но я бы сказал, ну, в общем, ведь Ханна потеряла не только Элли. Тебя тоже.

– Меня?