После обеда я засела за учебники, но опять не могла сосредоточиться ни на законах Кеплера, ни на правилах грамматики латинского языка. Весь день я невольно возвращалась мыслями к нашему разговору с папой, думая о том, как он понял по тону моего голоса, что этот мой сосед мне нравится. «Неужели так сильно нравится, что даже папа заметил?» – задумалась я, вспомнила свои вчерашние ощущения, нашу встречу сегодня утром и улыбнулась. Приятное теплое чувство вновь разлилось в груди.
Я вышла из моей комнаты и подошла к окнам гостиной, выходящим на балкон. На улице серой стеной моросил дождь. Дом моего соседа стоял к нашему дому под прямым углом, и потому я не могла заглянуть в его окна. Мокрые стекла отражали тёмные тучи на небе. Да даже если бы его окна были напротив, что бы я могла в них увидеть?
Весь день я слонялась по квартире как сомнамбула, периодически подходя к окнам гостиной, которые притягивали меня как магнит. И хотя я знала, что в такую погоду он вряд ли выйдет на балкон, я тешила себя мыслью, что он, как и я, подойдет к своему окну, откроет штору, и я хоть увижу, что он там, у себя дома.
«Ха, где ему ещё быть?»
Только под вечер, когда стемнело и я увидела свет в его окнах, я успокоилась. И хотя я не видела его, потому что он ни разу не подошел к окну, но я знала, что он там. Может, читает книгу, а может, смотрит телевизор, слушает музыку или, ещё лучше, играет на гитаре.
Мне стало так приятно на душе, когда я представила его в своей квартире, сидящего на диване с гитарой в руках и тихонько напевающего ту самую мелодию, что я слышала в детстве. Моё воображение было настолько реальным, что я дала волю своим фантазиям, которые словно по мановению волшебной палочки переместили меня из моей комнаты в его комнату.
Мягкий свет освещал небольшое уютное помещение: диван, стол с компьютером, шкаф с книгами. Я сидела напротив дивана в мягком кресле, слушала музыку и любовалась моим незнакомцем.
«МОИМ незнакомцем?»
«Да, моим», – прогнала я свой насмешливый внутренний голос, который мог спугнуть волшебную атмосферу моих фантазий.
Музыка убаюкивала меня, возвращая в детство, когда мой папа играл на гитаре для меня эту же самую мелодию, возвращая в то волшебное время, когда каждый день просыпаешься с радостным ожиданием чуда.
Разбудил меня звук очередной сирены за окном. Сколько раз я так просыпалась в течение ночи? Сегодня мне опять приснился тот самый сон, что часто вижу в последнее время: я убегаю от чего-то неизбежного, сама не зная от чего. Оно гонится за мной и громко кричит сиренами машины скорой помощи. Может я вижу этот сон почти каждую ночь потому, что постоянно их слышу во сне?
Поднимаюсь с кровати и подхожу к окну. Солнце ещё не встало, но серый рассвет уже осветил улицы города. Прижимаюсь лбом к стеклу в надежде увидеть за окном мир, который подаст хоть какие-то признаки жизни, пусть не гулом машин по забитому пробками проспекту, а хотя бы дуновением ветерка, криком галок, лаем собаки. Но нет, всё та же тишина. Город замер в безмолвии. «Лишь сирены машин скорой помощи нарушают его тишину» – проговорила я про себя, слушая как очередное «виу-виу-виу» приближается ко мне издалека. «Как красиво бегут по мокрому асфальту голубые огни и как они ярко вспыхивают, отражаясь в лужах… Зачем мы замечаем красоту даже в том, что заставляет сердце сжиматься от боли?»
Смотрю на тёмные окна домов, в которых вспыхнувшие на миг синие огни уже потухли, а теперь отражаются повисшие над городом мрачные тучи, и чувствую себя маленькой испуганной девочкой. Да, мне страшно. Но не потому, что я могу заболеть. Не этого я боюсь. Мне страшно потому, что я увидела, что наша стабильная жизнь оказалась не такой уж стабильной, и что в будущем может случиться всё что угодно. Любой сценарий любого катастрофического фильма может стать нашей реальностью. И на этот раз мы не будем беспечно говорить: «Да ну. Этого с нами не произойдет. Такое бывает только в кино». Вот что больше всего меня пугает – неизвестное и непредсказуемое будущее.
Я себя чувствую маленькой девочкой ещё и потому, что никак не могу понять: как же мои родители и другие взрослые видят какой-то выход из всего этого? Я не строю иллюзий насчет того, что наша жизнь когда-нибудь станет прежней. Никогда она уже такой не станет… даже когда всё это закончится и изобретут лекарства и вакцины. Как прежде уже не будет никогда. Потому что мы уже стали другими. Стоит один раз обжечься, и уже не будешь смотреть в будущее так безаботно, как раньше.
«А не случись вся эта ситуация, нам бы и в голову не пришло искать их, эти возможности», – говорит мой папа. Как они – взрослые – видят какую-то логику? Что-то понимают во всём этом? Видят возможности?! Я ничего не понимаю, и их оптимизм мне кажется фальшивым.
И ещё говорят: «Смотри вперёд, найди смысл жизни…» Словно этот так просто: взять и найти какой-то смысл во всем этом.
А может, убеждая меня, что всё будет хорошо, они таким образом убеждают себя? Хотела бы я найти ответы на все эти мои вопросы. Но не могу.
