Когда на Север увезли его, Ее сомненья больше не терзали: «Коль рядом нет поэта моего, Так лучше быть воровкой на вокзале!» И жизнь давно — сухарь, а не калач.И песенка веселая допета.Но вот рванется скорый поезд вскачь, Она увидит своего поэта…...Несется поезд вскачь.Судьба — что детский мяч.Она ворует чьи-то кошельки.Она теперь одна,И не ее вина, Что увезли его на Соловки.Несется поезд вскачь, За ним несется плач, Беззвучный плач похож на черный дым. Безумной жизни новь, А у нее — любовь,И ей его не заменить другим.Несется поезд вскачь,А ты глаза не прячь,А на перроне — мусор и плевки,Подрежь лопатничек, Наденешь ватничек —И улетишь к нему, на Соловки.Несется поезд вскачь,А в нем сидит палач,А рядом с ним сидит палач другой.…А за окошком тьма,Она сведет с умаТого, кто не в ладу с самим собой…Она — в ладу с собою и судьбой, Ее никто остановить не сможет.И даже тот невыигранный бойЛюбых побед ей кажется дороже.Горька свобода, осторожен ум.Но без свободы человек — обмылок… Побег сорвался. На Секирке кум Заряд свинца всадил ему в затылок.Над Секиркой над горой птицы быстрые,Над Секиркой над горой залпы-выстрелы, Цвета моря облака, цвета неба ли?Ах, воздушная река, были-небыли...За несостоявшийся побег Александра Ярославского расстреляли. Когда ей, содержавшейся в штрафном изоляторе, начальник лагеря Дмитрий Успенский сообщил, что лично расстрелял ее мужа, она, не сдержавшись, бросилась на палача с камнем в руках. За эту попытку, которая была квалифицирована судом как террористический акт, ее тоже приговорили к расстрелу.
<p>ПРОЩАЛЬНЫЙ РОМАНС</p> И звучит приговор — точка. «Высшая мера». Замолкают Секирка и штрафная тюрьма.И уже не раздвинется занавес серый, На актеров и зрителей опускается тьма.И лицо — не лицо, полинявшая маска, Скоро ночи последней наплывет забытьё.Гаснут звуки, вот-вот — и наступит развязка. Воспаленные губы не остудит питьё.И останется лишь пустота небосвода, Лишь поблекшие тени невозвратной поры Да подарок ее — двести метров свободы: От штрафного барака — до Секирной горы.А багровая мгла — это лопнула вена.За спиной конвоиры, вошедшие в раж… …Это было у моря, где ажурная пена, Где встречается редко городской экипаж... 