Игнорируя настойчивое жужжание, Билли положила телефон обратно на барную стойку и вернулась к мытью посуды, из которой в раковине остались только тарелка и бедная брошенная туда вилка.
Звонок повторился два раза, и на третий, не выдержав, она вернулась к телефону, чтобы перевести его в режим голосовой почты, но, увидев на экране скрытый номер, едва не выронила смартфон из рук, пытаясь ответить на вызов.
– Оставь надежду, всяк сюда звонящий, – мелодично протянул Тони. – Ты там жива, Сэлинджер? Я начал переживать, что этот психопат и до тебя добрался.
– Еще чего. – Билли покосилась в сторону окна, откуда было видно патруль, приставленный Миддлтоном. Интересно, знает ли вездесущий Тони об этом «жесте заботы»?
– Ты вроде как спешила увидеться, а потом – «все, пока-удачи-не-приеду». За тобой был хвост?
«Скорее, забор».
– Сначала я… неудачно срезала путь, а потом меня любезно пригласили на допрос по поводу… той квартиры в Остине, – осторожно добавила Билли. Но сразу поняла: сейчас начнется.
– Что-о? – выпалил Тони и, судя по грохоту, уронил что-то тяжелое. Лишь бы только не себя любимого. – Ты рассказала им, как вышла на нее?
– Успокойся, они ничего не знают, – вздохнула Билли, отходя от окна. – Слушай, это не первый допрос в моей жизни, и я ни разу не упоминала ни тебя, ни твои чудо-навыки. Поэтому хватит впадать в панику и делать из меня стукача. Ты знаешь меня уже давно, и…
– Все, все, остынь, валькирия, – сбавил обороты Тони и громко отпил газировку через трубочку.
«Какая прелесть», – вздохнула Билли, закатив глаза.
– Просто ты еще не вляпывалась в настолько хреновые дела, вот я и… перестраховываюсь.
– Давай лучше перейдем к делу? Или, клянусь, я тебя через телефон стукну.
– И почему-то я тебе верю. А что касается дел… м-м-м… да, у меня есть для тебя кое-что любопытное.
– Удиви меня.
– Кр-ристофер Шер-р-рман, – прорычал Тони, – помнишь такого?
– А то, – хмыкнула Билли.
Забудешь этого «дементора» в пустой оболочке из «Ральфа Лорена», как же.
Кристофер Шерман – адвокат Роберта Андерсона, с черным поясом по отмазыванию подонков крупного калибра, среди которых его талант пользуется большим спросом и обеспечивает ему безбедную жизнь и неприкосновенность перед другими «акулами закона». Шерман не только помог Роберту остаться на свободе до следующего заседания, но и не раз встречался с ним после внесения залога, в том числе – незадолго до побега Андерсона (о чем, конечно же, решил умолчать).
– Я тут в перерыве пролистал сообщения его симпатичной помощницы, и, оказывается, уже три дня Мистер Продам-Мать-и-не-Пошевелю-Бровью кошмарит бедняжку своими истериками и нервными срывами и пьет успокоительные лошадиными дозами. Не то чтобы я намекал на связь с известным тебе событием, но речь идет о человеке, который при рождении отпочковался от сатаны и теперь работает на конченных мракобесов. И который, как мы с тобой помним, зевнул во время рыданий потерпевшей в зале суда.
Билли нахмурилась и прошлась по кухне. Три дня непробиваемый адвокат человека, подозревамого в совершении жестокого убийства (или целой серии убийств), не может найти себе места и глотает успокоительные, как конфеты M amp;M’s. У этого должна быть очень серьезная причина: такие люди не выходят из состояния непоколебимого покоя просто так.
– М-м-м… агенты ФБР явно успели нанести ему визит, – предположила Билли. – Наверное… как раз три дня назад, когда я передала им информацию об Андерсоне. – Она скосила взгляд на окно. – Вот Шерман и психует. Представь, сколько всего он скрывает о своих клиентах. И… – Она замерла.
Это не первый раз, когда Кристофер оказывается на грани. Ни для кого не секрет, с кем работает Шерман: люди, которых он защищает в зале суда и вне судебных стен, их статус, связи и возможности помогают ему оставаться по-своему неприкосновенным для полиции и, возможно, для Бюро в том числе. Какие бы дела ни вел Кристофер и каких бы подонков ни отмазывал перед законом, он всегда славился стальной хваткой и равнодушием к любой морали и нравственности.
– Да-да, я о том же подумал, но неувязочка выходит. Здесь есть что-то еще. – Тони хрустнул чипсами.
Например, нечто такое, что впервые за всю адвокатскую практику Шермана может отправить его лодку на дно.
– Хорошо, Нэнси Дрю[22], а как тебе такое: вчера ассистентка Шермана выкупила своему дорогому боссу охрененно дорогой смокинг и заблокировала вечер в календаре мистера адвоката под встречу без названия. И, кажется, я знаю, куда он навострил лыжи.
– На вручение премии выдающихся козлов года?
– Практически. Угадай, какое заведение отмечает сегодня свое пятилетие?
Билли удивленно вздернула брови. «Да ладно!»
– Эль-Кастильо?
– В точку, – хмыкнул Тони и вновь закинул в рот горсть чипсов. – Сегодня там развернется самая масштабная вечеринка года, и наш Ланселот прискачет туда после полуночи.
В глазах Билли вспыхнул огонек азарта, и все более менее разумные аргументы тут же капитулировали перед его напором.
