– Вообще я обеими руками за любую нестандартную идею, – продолжил Холден после небольшой паузы. – Но в обычной жизни. Сразу скажу: я против твоей затеи пригласить Билли участвовать в расследовании… Но, возможно – только возможно – в этом есть смысл. Прошел год, а мы с тобой еще ни на шаг не приблизились к ублюдку. А тут появляется мисс Сэлинджер, и вот у нас на руках информация на первого внятного подозреваемого. – Он постучал по спинке дивана. – А если что-то пойдет не так… Думаю, мы всегда можем все прекратить. Отправим Билли в Мексику, в конце концов. К моей тетушке – она у меня, как ты знаешь, очень любит гостей.
– Неплохой план. Только вряд ли она добровольно отправится на твою историческую родину.
– Вот мы это заодно и проверим. Но все-таки помни: черту переходить нельзя. И ты должен пообещать, что будешь держать себя в руках.
– Я помню, – нахмурился Адам. – И обещаю.
– Не верю ни одному твоему слову. – Холден посмотрел на часы. – Так, мне нужно закончить пару дел, а потом поеду сразу на встречу с родителями Ирмы Кох.
– Кстати об этом… – Миддлтон открыл на компьютере папку с отчетами. – К Дженнингсам я тоже отправлюсь не один.
Лео болезненно зажмурился.
– ¡Maldita sea![42] – воскликнул он. – Честное слово, я как будто твой отец, а ты мой нерадивый сын. Ладно, я понял, что ты отдаешь себе отчет в том, что делаешь. Мисс Сэлинджер привет.
– Лео! – Адам окликнул друга, когда тот почти дошел до двери. – Ты… извини за утро. Я вел себя как полный козел.
– Да брось, я привык, – отмахнулся Холден и, оценив вытянувшееся лицо Миддлтона, уточнил: – Привык, что ты время от времени замыкаешься в себе. Но на этот раз ты, на удивление, довольно быстро отошел. А я уже решил, что опять придется вскрывать ломом эту твою непробиваемую скорлупу.
– Ломом? Скорлупу?
– Это я образно. Но лом тоже помог бы. – Лео пожал плечами. – Пара ударов привели бы тебя в чувство.
– Иногда ты меня пугаешь, – усмехнулся Адам. – Но я в порядке. Правда.
– А Розенберг?
– А что Розенберг?
– Он жив-здоров?
– Так. Завязывай.
– Ладно-ладно, – закатил глаза Холден. – Я пошел. Удачи тебе, зануда.
– И тебе того же.
Остаток дня ушел на составление отчетов, проверки заключения техотдела, изучившего полученное видео, и на просмотр записей дорожных камер, установленных в радиусе досягаемости «Эль-Кастильо». Как и ожидалось, внятных видеоматериалов не нашлось: бóльшая часть оказалась повреждена, все остальное и вовсе отсутствовало. И так было не только в ту ночь, когда в клубе находились Трисс и Ирма – для «Эль-Кастильо» это в принципе стандартная практика. Что бы ни проворачивала администрация клуба, она делала это с одной целью: защитить членов своего камерного сообщества от любопытных глаз и ушей.
Но для Рональда Джонса оказалось достаточно и записи с телефона одной из погибших девушек, чтобы объявить Андерсона в полноценный розыск с «пиар-кампанией» на всех возможных медиа– и сетевых ресурсах. С этого момента его лицо станет одним из самых узнаваемых не только в Чикаго, но и на территории всего штата, а то и всей страны.
Несмотря на плотный городской трафик, Миддлтон прибыл к дому Билли за десять минут до назначенного времени. Припарковавшись около нужного подъезда, он подошел к машине группы наблюдения, постучал в окно и представился:
– Агент Миддлтон. Я звонил вам часом ранее. Объект отправляется вместе со мной на выезд. В ее отсутствие внимательно следите за домом и фиксируйте всех, кто входит или выходит из здания. Даже если это будет хромая скрюченная старушка, я хочу видеть ее в вашем отчете.
– Поняли вас.
Вернувшись в БМВ, он подождал пару минут и набрал номер Билли.
– Привет, это Адам. Если ты не передумала, я жду тебя внизу.
– Покажи мне.
– Да там обычный порез, – отмахнулся Киран и попытался выдернуть руку, но Билли умела быть настойчивой и очень цепкой.
– Ты меня знаешь – либо добровольно покажешь, либо я сама посмотрю.
Вздохнув, парень подцепил криво завязанный узел и размотал бинт, под которым неуклюже спрятал длинный порез через всю ладонь.
– У тебя игра на выходных, – напомнила Билли брату. – Мама не могла сделать тебе сэндвич?
– Мне семнадцать, а не пять.
– Оно и видно. – Она отправилась в ванную комнату, где хранила внушительных размеров аптечку, набитую лекарствами и препаратами на все случаи жизни.
Чтобы найти новый бинт, пришлось перерыть все содержимое до самого дна и выложить основную часть коробочек и бутыльков на ванную тумбу. Похватав необходимое, Билли вернулась к брату, обработала порез и наложила свежую повязку, которая не выглядела так, будто Киран вырыл тюремный подкоп, а потом перемотал рану первым, что попалось под руку.
За следующие несколько часов Сэлинджеры успели обсудить всех родственников и часть особо ярких общих знакомых, а также дела Кирана в школе. Остаток времени они потратили на просмотр выбранной наугад комедии, сюжет которой Билли так и не уловила до конца.
