Я вошёл в зал переполненный людьми, детьми и взрослыми, все стояли в ровных шеренгах по восемь человек в ряду, а рядов я насчитал одиннадцать. Целая армия в чёрных и белых кимоно с разноцветными поясами, в первом и втором ряду были ребята с чёрными и коричневыми поясами. На полу аккуратно постелен ровный свеженький пол, на правой стене висел какой-то мужчина азиатской внешности, видимо основатель стиля. У главной стены, ко мне спиной шёл вдоль первого ряда мужчина в белом кимоно и чёрном поясе, с бамбуковой палкой в руке.
И среди всех этих замерших в стойке на прямых ногах, с выставленным вперёд кулаком я увидел знакомое для меня лицо, с чёрным поясом в первом ряду стоял Игорь Смирнов.
Блин, зачем тебе — КГБисту каратэ? Но для меня это плохо! Придётся руководствоваться этикой и этикетом. Тем временем мужчина руководившей секцией повернулся ко мне, так что я смог видеть золотые иероглифы на его поясе.
Добрая сотня людей взрослых и не очень смотрела на меня озадаченно и удивлённо и лишь Игорь Смирнов, товарищ капитан с интересом.
И я встав по стойке смирно и приложив ладони к бёдрам, сделал поклон залу.
— Осс! — выдохнул я звучно.
— Я не беру больше учеников. — хмуро посмотрел на меня тренер, — Тем более тех, кто опаздывает.
— Я не учиться. Я показать своё мастерство. — проговорил я и снова поклонился.
В каком-то глупеньком фильме я видел, что так говорили люди, которые ходили в Японии и Китае по бойцовским залам.
И смех, словно я сказал какую-то глупость донёсся до моих ушей. Я конечно и правда сказал глупость, но диалог я по-моему уже построил.
— Тренер можно я! — поднял руку парень с чёрным поясом в первом ряду, очень крепкий, очень сильный с шеей, толще чем у кабана, старше меня, видно что прошёл армию и побывал в ни одной драке по какому-нибудь армейскому рукопашному бою и каким-то лесом забрёл сюда в секцию каратэ.
— Погоди Слав. Парень просто перегрелся на солнце, — улыбнулся тренер. — Ты с характером, да, но этот финт не пройдёт! У меня всё битком возможно кто-нибудь из моих учеников будет тебя тренировать и может быть через год ты сможешь наравне драться с жёлтым поясом…
Мой взгляд скользнул по ученикам в поисках знакомых лиц и я его нашёл, в пятом ряду, в белом кимоно, с красным поясом стоял Володя.
— Ос, тренер, я могу прямо сейчас доказать что я достоин «красного» и с вашего разрешения дам бой любому на ваш выбор, или всем красным поясам по очереди! — произнёс я снова поклонившись, под вторую волну смеха.
Пусть видят, что я чту традиции, особенно товарищ капитан.
— Выбирай любого, и если ты его победишь, то заберёшь его пояс и сможешь тренироваться у меня вместо него! А он пойдёт в младшую группу, — улыбнулся тренер, совершенно уверенный в любом из своих учеников.
И отвесив еще один поклон, я указал пальцем на Вову. Видя как бледнеют его щёки, видя как расширяются его зрачки.
А в голове заиграла песня «Принцы вселенной» группы Queen, на английском конечно, но мой разум уже переводил её:
— Бонсан, са серУ! — выкрикнул тренер, и вся группа начала расступаться, сначала организуя коридор между мной и Вовой, а потом и достаточно широкое пространство для боя.
Каратисты хлопали по плечу своего товарища, говорили на помеси японского с русским: «Май гери чудан, а потом гьяку цуки джодан!» Я понимал этот язык, ничего нового они ему не советовали. Мол, пробей этому уроду в пузо ногой и ударь правой рукой ему в голову. Были там и интересные предложения: «Миди ашибарай и хидери маваши цуки джёдан» — подсеки, говорит, его правой ногой и заряди левый боковой в голову.
Судя по ажиотажу, в куртку переодеться мне не дадут, и я положил сумку у входа в зал и, пяткой о пятку стянул с себя обувь, чтобы тоже, как и соперник, остаться босиком.
— Сиай кумитэ! Бой проходит в стойке до падения, борьба запрещена, удары ниже пояса запрещены, удушающие и болевые запрещены! — скомандовал тренер, и я увидел, что рядом с ним стоит Игорь Смирнов, видимо, успел шепнуть сенсею, что я борюсь больше. Зачем это ему? Из экспериментальных соображений, видимо.
И вот я остался в одном костюме, босиком, снял даже часы. А напротив меня уже стоял в высокой левосторонней стойке красный пояс.
— Рей! — скомандовал тренер, и Вова нехотя, но поклонился мне. Сделал ответный жест и я. — Хаджиме!
И мы пошли по кругу, умышленно не форсируя бой и не занимая середину импровизированного татами.
— Кабзда тебе, борец, Аня теперь точно моя! — прошипел Вова.
— Ты дебил, если думаешь, что это так работает! — усмехнулся я.
— Чё, тогда пришёл⁈ — спросил он удивлённо.
— Лещей тебе раздать, потому что слишком много себе позволяешь!
— Либо дерётесь, либо идёте оба из зала вон! — прорычал тренер.
— Осс, — выдохнул я и шагнул вперёд.
