Я дышу, пока ты рядом полностью

– Похожа, знаю, все это замечают. Не пугай меня, ладно? Пусть эти самые женихи как можно дольше не оккупирую наш двор, иначе придётся мне знакомить их с кулаками. – с улыбкой подтвердил он, мимолетно глянув на Настеньку. – Ты торопишься? В смысле, я могу тебя подвезти и мы поболтаем.

– Ну-у, я… – неуверенно протянула девушка, поискав глазами Анютку, которая успела куда – то исчезнуть. Вот зараза ведь какая!!! – Мы просто гуляли. Анька сбежала, так что… А это вообще удобно? Настя не будет против, нет?

– А чего ей быть против? – усмехнулся Илья, и под его восхищенно – влюблённым взором ей стало совсем не по себе. – она умная девочка и всё понимает. Я думаю, она уже догадалась обо всём. У нас с Кэт был разговор о тебе, Настя слышала, как Катя сказала, что я всё ещё влюблён в Сашу, а поскольку вы с моей дочкой познакомились и сейчас она украдкой нас разглядывает, понятно, что моя тайна раскрыта.

– Ну, Катя же говорила не серьёзно, да? Ты в меня давно не влюблён? – возразила Сандра и прикусила губу, нервно теребя прядь волос.

Возникла заминка и Сашка пожалела, что затронула эту опасную тему. Ей не нужно было ни о чём спрашивать Илью, в его глазах она ясно видела ответ на свой вопрос. Катя не раз твердила, что он до сих пор любит, но она предпочитала отмахиваться от этого, ибо так было проще.

Да и в чём конкретно её вина перед ним? Он сам разорвал всё, что их когда-то связывало, уехал, ничего ей не объяснив, а потом снова ворвался в жизнь, которую Алекса решила начать с чистого листа.

Пожалуй, сейчас ею овладело лишь легкое беспокойство, но волнение это она списала на то, что подсознательно боялась этой встречи и не желала её. Илья не изменился, он был таким же симпатичным, улыбчивым, столь же и прямолинейным, но теперь Сашка чувствовала себя рядом с ним совсем не комфортно. Неужели когда-то она воображала, что любит его? Сейчас думать об этом было странно и дико.

– Ну, что? Поедем? – подбежала к отцу Настенька, и выжидающе уставилась на девушку, словно спрашивая, что та намерена делать, уйти или поехать с ними.

– Иди в машину, я сейчас… – подтолкнул дочь в спину мужчина, и проводил её долгим взглядом. – Саш, я понимаю, прошло слишком много времени, много воды утекло, и было бы наивно надеяться на что-то, зная, что вы с Богданом…

– Не надо, пожалуйста. – твердо попросила она, тронув его за руку. – Мне необходимо думать о ребёнке, ты ведь помнишь, что со мной случилось в Дагестане! Я хочу родить этого малыша, возможно, это прозвучит цинично и преждевременно, но это всё, что осталось у меня от Богдана. Иногда мне кажется, что он уже не вернётся, я не знаю, что ждёт нас с ним в будущем, но пойми меня правильно, Илья… Нам с тобой ни к чему снова ворошить прошлое. Я очень люблю Даню.

– Я не буду этого делать, обещаю. Не стану ворошить то, что прошло, но… – он сжал её похолодевшие пальцы и поднёс к губам, согревая дыханием. – Просто позволь мне быть тебе другом. Я знаю, что такое быть одному, когда нужна поддержка, поверь, маленькая, я всё это уже проходил.

Она высвободила руку и слабо улыбнулась.

– Ты думаешь, мы можем быть друзьями? Кроме шуток, Илья…Я как-то это совсем не представляю, честно. Богдан жутко ревнивый, а узнай он, что я тут мило общаюсь с тобой…

– Так мы ему не скажем об этом. – насмешливо улыбнулся мужчина. – Когда он вернётся, ты просто сделаешь вид, что не виделась со мной, а я, так и быть, даже глазом не моргну при виде тебя.

Обдумав его слова, девушка кивнула и, улыбнувшись Насте, с любопытством взиравшей на неё из иномарки, повесила на плечо лямку сумки. Что плохого в их дружеском общении, и потом, ведь Богдан и Илья, лучшие друзья!

– Ок, считай, что уговорил. У меня предложение. Как насчёт большой порции вишнёвого пирога и паре чашек чая в моём любимом кафе?

– Согласен. Но я угощаю, вон, у Настюхи сегодня день обжорства, так что, присоединяйся! – распахнув перед ней дверцу «форда», сказал Илья, и Сандра устроилась на пассажирском сиденье…

Усмешка растаяла на губах Антона так быстро, что полковник усомнился, была ли она там вообще. Они не спеша брели по берегу моря, и Ишенин, заложив за спину руки, задумчиво наблюдал, как белые пенистые волны целуют песок. Сегодня состоялись похороны его единственного ребёнка, и в душе его грызла тоска.

Он должен покончить с этим делом, отомстить за дочь, чтобы Татке там, по ту сторону жизни, было спокойно…

– В общем, ты всё понял, Антон? – пытливый взгляд полковника задержался на изуродованном шрамом лице парня.

– Чего ж не понять, вроде как не тупой. – невозмутимо отозвался тот, пожевав губу. – значит, завтра вечером троих заключенных повезут на аэродром, чтобы переправить на вашем вертолете в Москву, и наш протеже будет среди них. С конвоем проволочек не возникнет точно? Мне бы не хотелось лишний раз хвататься за «шило».