Но там уже тихо и сухо щелкнуло, обрывая вызов и Сашка вскочила, озираясь по сторонам. Лишь спустя несколько секунд сообразила, что нужно перезвонить и попытаться узнать, кто же это был, а пальцы дрожали так, что телефон выскользнул из рук и плюхнулся на землю.
– Блин… – буркнула она, подбирая отлетевшую батарею и неверными движениями вставляя в углубление.
Илья вернулся в тот момент, когда смартфон только загрузил программное обеспечение, и девушка взглянула на друга.
– Прости, я его уронила. Тебе кто-то позвонил и… — она запнулась, чувствуя навернувшиеся слёзы, защипавшие под веками.
– Саш… Что случилось? Кто это был? – нахмурился Терлецкий, поставив на столик две чашки с чаем.
– Честно, я сама не поняла. – тихо сказала она, протянув ему мобильный. – Просто мне почудилось, что это был Богдан.
Ей стало неловко под его внимательным взглядом, и она опустила глаза, рассматривая свои колени. Присев на корточки, Илья ласково стиснул её руки, и Саша натянуто улыбнулась.
– Маленькая моя, ты же понимаешь, что это только твоя фантазия? – шепнул мужчина, и она, помедлив, кивнула, чувствуя подкативший к горлу спазм. – Тебе это показалось, у кого-то очень похожий голос, вот и всё. Иди ко мне.
Он мягко потянул её к себе, и Сандра обхватила его за шею одной рукой, доверчиво прижавшись. Сердце всё ещё отстукивало дробный стук, неистово разрывая грудь, и было трудно дышать. Уткнувшись носом в плечо Ильи, она крепче сомкнула руки и вздохнула.
– Пойдем домой? Я устала, и Даньку пора купать… – попросила она чуть слышно, желая очутиться подальше от посторонних глаз…
Игорь Трофимов, задумчиво покусывая кончик шариковой ручки, смотрел на нежданного посетителя, внимательно слушая его. Он и сам уже не раз склонялся к мысли, что в том деле о гибели военнослужащих не всё так прозрачно, и есть там тёмные пятна, но военная прокуратура Геленджика почему-то торопилась поставить точку. А ведь факты — вещь упрямая, и верить адвокат привык лишь им.
За всю его многолетнюю практику было много непонятных случаев, однако, он никогда не пасовал перед трудностями и сейчас, выслушав Илью, поднялся с кожаного кресла, пройдясь до двери и обратно.
– Я так понимаю, Макар Соколовский прилетает в Москву к концу недели?
– Да, у него пока нет возможности покинуть Австралию, бизнес не позволяет. Но вчера мы созванивались по скайпу и он настроен решительно. Прошёл почти год, а о причинах гибели его брата до сей поры ничего не известно. Либо следователи попросту скрывают от него правду, да оно и понятно – кому хочется, чтобы что-то всплыло, мне ли не знать, как военные прикрывают друг другу задницы.
– Илья… – взглянул на него Игорь, встав возле окна и повернувшись к мужчине. – Я не имею права сунуть нос в это дело, пока Макар или кто-то из близких родственников — друзей Богдана не даст мне такие полномочия, ты это понимаешь?
– То есть, пока Вас не наймут в качестве официального представителя?
– Именно так. – кивнул Трофимов, и Терлецкий встал, доставая чт-то из барсетки.
– Тогда считайте, что с этой минуты Вы работаете на меня. – положив поверх стопы документов конверт, он пытливо посмотрел в глаза адвокату. – Вас устроит гонорар? Это задаток, я рассчитаюсь с Вами по окончании расследования.
Не глядя, какую ему предложили сумму за услуги, Игорь смахнул конверт в ящик стола и пожевал губу, о чём-то размышляя.
– Вот что я скажу, Илья. У меня изначально возникли сомнения, но проверить догадки, разумеется, мне никто не позволил. И теперь, когда возможно сравнить ДНК, взяв образцы у Макара Соколовского, первое, что мы сделаем — направим запрос на эксгумацию тела Богдана. Это займёт некоторое время, но оно того стоит.
– Разве есть повод усомниться, что в могиле лежит совершенно другой человек? – с сомнением удивился Илья, на что седовласый представитель закона лишь пожал плечами.
– Помнится, ещё тогда я задался этим вопросом. То, что произошло в заповеднике, и по сей день для нас загадка. Почему Богдан, если это был он, оказался без наручников, а Ираклий в оных? Убитый и раненый огнестрелом конвоиры, сгоревшая машина и два обгоревших трупа — у тебя не вызывает это подозрений? И потом, отвечая на твой вопрос… Катерина опознала вашего общего друга по татуировке, набитой на левой руке, верно? Таких вот одинаковых тату может быть сотни у кого угодно, суть не в том. На тот момент Катенька была в панике, и этим объясняется её рассеяность, но я дошёл до этой мысли уже много позже.
– Подождите. – прервал Илья, нахмурившись. – Вы сказали — татуировка была на левой руке?
– Да. Скорпион у основания большого пальца, хотя, припоминаю, что рисунок можно было различить с трудом, так как кожа на кистях тоже пострадала от огня.
Молодой человек отвернулся, ощутив, как по спине прополз холодок. В голове роились быстро проскакивающие мысли, и, чем больше он размышлял, тем сильнее горло стискивала ледяная рука не поддающегося рассудку страха.