Я дышу, пока ты рядом полностью

Светка ничего не перепутала, этот негодяй в самом деле был там с Сашей, и теперь ненависть к сопернице взыграла с новой силой. То, что Соколовский всё время поглядывал на Александру на юбилее, Татка не могла не увидеть, однако, в ту ночь не стала ссориться с ним, решив, что всё равно не позволит приезжей увести у неё мужчину. И вот новая напасть!

– Ты ещё не знаешь, с кем связалась, дрянь. – тихо, сквозь зубы прошипела Ишенина, выходя из дома в душный сумрак вечера.

Сейчас она сама разузнает, когда вернётся Богдан, в штабе ей обязательно скажут. Она подождёт его там, а уж после устроит такую головомойку, что он забудет об этой Сашеньке! Быстро шагая вдоль тёмных заборов, девушка вдруг остановилась и отпрянула в чёрный мрак проулка, ведущего на другую сторону улицы, к её магазину.

Соколовский взбегал на крыльцо госпиталя, и Таня хотела его окликнуть, но передумала. Интересно, что ему понадобилось там в такой час?!

Подавив приступ жесточайшей злости, она ударила ладонями по доскам, не обращая внимания на вонзившиеся в кожу мелкие занозы. Дверь открылась и мужчина, оттеснив выглянувшую Сашу, вошёл внутрь…

После ухода Екатерины Таня пребывала в неописуемой ярости. Раз, за разом набирая номер Богдана и испытывая желание швырнуть телефон об стену, когда механический голос твердил о недоступности абонента, девушка ходила взад – вперёд, накручивая себя дурными мыслями все больше и больше.

Светка ничего не перепутала, этот негодяй в самом деле был там с Сашей, и теперь ненависть к сопернице взыграла с новой силой. То, что Соколовский всё время поглядывал на Александру на юбилее, Татка не могла не увидеть, однако, в ту ночь не стала ссориться с ним, решив, что всё равно не позволит приезжей увести у неё мужчину.

И вот новая напасть!

– Ты ещё не знаешь, с кем связалась, дрянь. – тихо, сквозь зубы прошипела Ишенина, выходя из дома в душный сумрак вечера.

Сейчас она сама разузнает, когда вернётся Богдан, в штабе ей обязательно скажут. Она подождёт его там, а уж после устроит такую головомойку, что он забудет об этой Сашеньке! А с этой медсестричкой разберётся позже!

Быстро шагая вдоль тёмных заборов, Татка вдруг остановилась и отпрянула в чёрный мрак проулка, ведущего на другую сторону улицы, к её магазину. Соколовский взбегал на крыльцо госпиталя, и Таня хотела его окликнуть, но передумала. Интересно, что ему понадобилось там в такой час?! Подавив приступ жесточайшей злости, она ударила ладонями по доскам, не обращая внимания на вонзившиеся в кожу мелкие занозы. Хотелось взвыть в голос, растерзать неверного любовника прямо сейчас, а разлучнице выколоть бесстыжие глаза

Дверь открылась и мужчина, оттеснив выглянувшую Сашу, вошёл внутрь…

Тихонько пройдясь по коридору и проверив, не требуется ли кому из больных помощь, Сашка собралась отдохнуть за чашкой кофе, но, едва спустилась вниз, как на крыльце послышались торопливые шаги и нетерпеливый стук. Выглянув, она увидела Соколовского, и он шагнул в приёмный покой, осторожно прикрыв за спиной дверь.

– Богдан? Ты что тут делаешь? – удивилась она, следуя за ним в ординаторскую.

– Доктор, Вы ведь не заняты, нет? – оглянулся он, и она мотнула головой. – Мне срочно нужна Ваша помощь. Смертельно необходима!

– Что с тобой? Ты заболел? – испуганно спросила Александра, забежав вперёд и заглянув ему в лицо, но, увидев, что он улыбается, сердито подбоченилась. – Что ещё за шутки, товарищ капитан? Если ты не болен, убирайся отсюда, здесь нельзя

– Тише. Не кричи так, не то все твои пациенты сбегутся посмотреть, что стряслось. Ты же не хочешь, чтобы все узнали, с кем ты здесь коротаешь смену? – шепотом предостерёг он и, втолкнув её в кабинет, тотчас запер дверь на три оборота.

– Я серьёзно, Соколовский. Это госпиталь, сюда нельзя входить посторонним без особой надобности. – сухо сказала Сашка, и Богдан, присев на край стола, притянул её к себе за руку.

Она неохотно шагнула к нему, уперев ладони в грудь.

– Перестань! Почему ты всё время распускаешь руки?

– Не знаю. Это очень сложный вопрос. – поморщился Даня, зарывшись пальцами в её распущенные волосы и мягко, но настойчиво притягивая девушку ближе. – Может, потому, что не могу удержаться, чтобы не обнять тебя, когда ты рядом?

– А как же твоя Танечка? – она хотела произнести это равнодушно, но в тоне прозвучали ревнивые нотки, и мужчина тихо засмеялся, прижавшись щекой к её груди.

– Она для меня ничего не значит. – шепнул он, и у Сандры неистово заколотилось сердце. – Я уйду от неё. Забудь о ней, малыш. Мне нет до неё никакого дела.

– Ты просто подонок, Богдан. – сипло выдохнула Саша, запрокинув голову и позволяя ему целовать себя в изгиб шеи. – Как ты можешь с лёгкостью бросать женщин? Мне кажется, всё это неправильно, то, что мы делаем… Прекрати, пожалуйста…

– А зачем ты приехала, черт возьми? – невнятно отозвался он, блуждая руками по её спине и бедрам, и оставляя чувственные поцелуи на пылающей коже. – Ты же знала, что сводишь меня с ума. Знала, что я теряю разум, когда ты где – то поблизости. Сашка… Я люблю тебя. Я всегда любил одну тебя.