Я дышу, пока ты рядом полностью

В магазине перед закрытием было не многолюдно, и Татка вволю наговорилась с забежавшей за молоком Светкой. Эта весёлая болтушка, дочь полкового майора Дронова, была бывшей одноклассницей Тани, и всегда знала обо всём, что происходило в гарнизоне. Услышав о том, что Богдан «чуть не час трепался с новенькой медсестричкой, да ещё и цветы ей преподнёс», Танюша перестала улыбаться и округлила глаза.

– Ты ничего не перепутала?! Это был он? – похолодела она от услышанного.

– А то я его не узнала! – фыркнув, сказала Ланка, и, подперев руками щеки, наклонилась на прилавок. – Дура ты, Танька, вот хоть обижайся. Я тебе сразу говорила, такие, как твой Богдан, сроду верными не бывают. Он бабник, пялится на каждую девку, а эта московская фифа приехала и всё, он с неё взгляда не сводит. Где он сейчас, небось, опять то в штабе, то на выездке?

– Учения у него. – зло отрезала Татьяна, и, выудив из кармана фартука телефон, мимолетно глянула на Светлану. – Вот позвоню сейчас и спрошу!

– Что спросишь – то, зачем он Сашеньке цветочки дарил? – звонко, с издевкой рассмеялась язвительно та, и Таня поджала губы, передумав искать в контактах номер Богдана.

– Богдан мне не изменяет, я ему верю! Закрываться пора, тебе ещё что – то нужно? – коротко сообщила она, желая избавиться от назойливой приятельницы, и Света, хмыкнув, нехотя выпрямилась, не забыв прихватить коробку молока.

– Ладно, не расстраивайся так. Может, это и не он был, чего сразу киснуть? – примирительно улыбнулась поникшей блондинке. – Давай, закрывай магазин и пойдём ко мне. Тортик покушаем, а то ты совсем отощала. Мужикам нравятся девки с формами, вон, как у нашей Сашеньки!

Не вытерпев, Татка выпроводила надоедливую посетительницу, и, прислонившись спиной к двери, с силой вонзила ногти в ладони. Её снедала ярость, да и Светка, хоть и болтливая сплетница, но враньём не занималась. Значит, правду сказала, и Богдан запал на эту «вешалку» с раскосыми глазами!

Настроение упало, и горькие мысли, подпитанные ревностью, мешали Татке думать о чём – либо другом. Едва успев переодеться в домашние шорты и майку, девушка услышала стук, и, всё ещё кипя от гнева, впустила незваную гостью. Светловолосая женщина лет тридцати была ей незнакома, и Танюша удивленно нахмурилась, воззрившись на неё.

– Доброго времени суток! Я Катя, московский журналист. А у вас тут здорово, море рядом, военные, прелесть просто! – приветливо протянула руку гостья, и Таня недоуменно пожала её.

– Здравствуйте…

– Простите, что ворвалась без приглашения. Мне сказали, что Вы – дочь Ивана Васильевича Ишенина. Я хотела бы с Вами побеседовать. Дело в том, что мы снимаем репортаж об отдаленных уголках военных городков. Вам удобно сейчас говорить? – оживленно щебетала Екатерина, с любопытством озираясь.

– Да… Проходите. – улыбнулась девушка, с удивлением провожая Екатерину в гостиную. – А папа мне ничего не сказал… Может быть, кофе?

– Если Вас не затруднит. Вымоталась с дороги, взбодриться не помешало бы. – вежливо отозвалась Джамалова, устроившись на диване и делая вид, будто настраивает камеру. – Чёрный, с сахаром.

Пока хозяйка дома суетилась на кухне, блондинка осмотрелась, и, заметив книжный стеллаж, подошла к нему. Взяла в руки фотографии, стоявшие на полке, хмыкнула, рассматривая Соколовского.

Странно, что ни на одном снимке нет их с Таней вдвоём. Помнится, когда он жил с Сашкой, у них была куча фото, и на всех он выглядел счастливым, на каждой обнимал её, а тут прямо всё как-то не похоже на семейный быт с любимой женщиной. Услышав шаги, журналистка села на диван и как бы невзначай принялась просматривать отснятые за день видеофайлы. Татьяна опустилась рядом с ней, с любопытством всматриваясь в видео, и комментируя знакомые места.

– Вот, этот мне нравится больше всех. Случайно засняла, правда, шикарно вышло? – сообщила Катя, повернув к ней окошечко, и наблюдая за реакцией.

Узрев Богдана в компании Саши, Татка скрипнула зубами. На лице её отразилась досада, затем сменилась разочарованием, и, наконец, нескрываемой злостью. Притворившись, что не заметила смену её настроения, гостья воодушевленно воскликнула:

– У вас тут мужчины просто загляденье! Боже мой, да если бы мне преподнёс цветы такой парень, я бы, наверное, грохнулась в обморок! Всегда испытывала слабость перед военными. И девушка такая хорошенькая. Вы их знаете? Эту пару?

– Да. – с трудом владея собой, выдавила Таня, с отвращением глядя на романтическую сцену, где её любимый пожирал Сашеньку влюбленными глазами. – Извините, но у меня много дел, давайте поболтаем в другой раз.

Выпроводив журналистку, девушка прислонилась спиной к двери и уставилась в пустоту злыми глазами. Ну, Сашка, гадина, не успела приехать, а уже прилипает к чужим парням! Да она этой мымре все космы повырывает!

После ухода Екатерины Таня пребывала в неописуемой ярости. Раз, за разом набирая номер Богдана и испытывая желание швырнуть телефон об стену, когда механический голос твердил о недоступности абонента, девушка ходила взад – вперёд, накручивая себя дурными мыслями все больше и больше.