Метода не было, инструкции тоже. Но, похоже, Пётр или Саша поняли, что хватит простого контакта, и всё сделали правильно. Теперь внутри их сражались два чудовища — пустота и голод. Пустота пыталась заполниться, а голод насытиться. Проблема была в оболочках. Они могли не выдержать.
Пётр выглядел так, будто взял в долг у самой жизни. И Саша ничуть не лучше.
— Ну что, Миша… хреново, да? — прошептал Есенин.
— Видал и получше, — кивнул я. — Только не говори. Экономь силы.
— Слышал, сирена по городу прошла? — теперь заговорил Пётр.
— Да. Метеориты. Много. Но сюда они не дойдут.
Катя, Настя и Паша молча взяли оружие и вышли. Что творилось у них в голове — не знаю. Но по выражению лиц было ясно: оставаться в этой комнате они не могли. Ольга только проводила их взглядом.
— Лора, что можно сделать?
— Не знаю, — ответила она с неуверенностью, редкой для неё. — Всё говорит о том, что мы ничем не поможем. Только облегчим боль.
Мысли в этот момент будто выветрились. Эти двое… сделали многое. И плохого, и хорошего. Один жил три века. Второй — куда меньше. Но обоих я уважал. Пётр — за его жертвы ради страны. Саша — за то, что вытаскивал империю из самых безнадёжных ситуаций, методами, которые под силу только ему.
Каждый из них отдал всё ради страны. И теперь один должен умереть.
— Давай сделаем всё, что в наших силах, — тихо сказал я, обращаясь к Лоре. Мы одновременно погрузились во внутреннее хранилище.
Там бушевало море, над центральным островом зияли две огромные дыры, и пространство между ними искривлялось, словно изнывало от напряжения, соединяясь где-то посередине. Там рождалась третья дыра, чуть меньшего размера.
Остатки энергии, что у меня ещё оставались, я направил на то, чтобы создать для тел Петра и Саши хоть немного более благоприятную среду. Не идеально — но лучше, чем было.
А сам решил подлететь ближе. В хранилище мне ничего не угрожало, даже от тех, кто пытался вмешаться извне. Здесь я был наблюдателем.
— Думаю, Миша, ты не ожидал такого, когда говорил, что тебе нравится этот мир, — Лора появилась рядом и крепко сжала мою руку. Мы медленно приближались к искажённому небу, где зияла третья дыра.
— Честно сказать, в первые дни точно не ожидал, — усмехнулся я. — Но когда прошёл тесты в КИИМе, и ты заявила, что я какой-то там уникальный, то почему-то представлял, как однажды буду сражаться с чем-то могущественным.
— Но не так же скоро! — взмахнула она рукой в сторону неба. — Мы же вообще не готовы!
— Иногда приходится преодолевать. По-другому нельзя, — кивнул я.
Тем временем мы подобрались вплотную к точке искривления, где образовывалась третья дыра. Она была небольшой — примерно с половину дверного проёма, но идеально круглая, как аккуратно вырезанная нора.
— А тебе не кажется, что это всё напоминает…
— Дыру в пространстве? — я усмехнулся.
— Давай подлетим ближе. Вдруг причина всего в ней. Пока наши попытки помочь Петру и Саше никак не срабатывают.
Мы приблизились вплотную, и в следующую секунду что-то шевельнулось в самой дыре.
— Видела?
— Ага…
Из дыры вырвалась огромная когтистая лапа и попыталась нас схватить. Разумеется, ничего у неё не вышло — наши образы здесь были лишь формой, удобной для восприятия. Материальности у нас не было. А если бы и была — в этом пространстве хозяин я.
Но ответить я всё же решил. Когда когти прошли сквозь моё тело, я махнул рукой и отрубил один палец. Раздался визг — словно пенопласт по стеклу — и лапа мгновенно исчезла в дыре.
— И что это было? — я нахмурился.
— Ты меня спрашиваешь? — Лора явно была не меньше моего в замешательстве.
Пространство дрогнуло, дыра сжалась, будто испугалась.
— Ого! — воскликнула Лора. — Вот эта дрянь и виновата! — она ткнула пальцем в чернеющую воронку. — Только что зафиксировала выброс энергии. Часть её ушла к Петру. Если мы заткнём дыру — станет легче.
— Звучит просто… — я задумчиво повёл плечами. Взгляд зацепился за гигантский аквариум, доверху набитый змеями — теми самыми, что любят пожирать внутренние пространства. Если это не подарок судьбы, то что тогда?
— Ты уверен? — Лора читала меня без слов. — Вижу. Уверен.
Я поднял аквариум в воздух. Тяжёлый куб начал приближаться к зияющей дыре. Когда расстояние стало минимальным, я сформировал трубу нужного диаметра и направил змей прямо в черноту.
Они хлынули туда живым потоком. Куда именно вела эта воронка — я и сам не знал. Но проверять желания не было. Для этого были змеи. Пусть обученные твари разбираются.
Когда в аквариуме осталось меньше десятка, я убрал трубу и вернул куб на место.
— Ну что… давай ждать, — Лора уселась в воздухе по-турецки и подперла подбородок кулаком.
Я же молча смотрел в зияющую дыру, надеясь, что оттуда больше никто не вылезет. И, к моему удивлению, всё обошлось — опять раздался визг, и воронка начала уменьшаться.
— Неужели сработало⁈ — я едва не вскрикнул.
— Удача на нашей стороне! — Лора кинулась ко мне в объятия.
— Ты хотела сказать: Боря? — я притянул её за талию, и мы закружились в вальсе, плавно снижаясь к песчаному берегу острова.
