Лора молча кивнула. Обычно насмешливая, сейчас она была серьезна как никогда.
— Это очень плохо. Для хаоса… — прошептал я, глядя на то место, где еще минуту назад был купол. — Мы только что потеряли Богдана.
Лора не ответила. Она просто сжала мою руку.
— Любавка убьет нас, — наконец выдавил я.
— Если он не вернется — да. И она будет права.
Тишина. Снег продолжал падать.
— Что теперь? — спросила Лора.
Я глубоко вздохнул, ощущая, как ледяной воздух обжигает легкие.
— Возвращаемся домой. Надо подумать, что делать дальше. И быстрее закончить буст ранга.
Лора усмехнулась.
— Ну что ж… Время еще есть.
Я кивнул и развернулся. Сзади была пустая поляна. Где-то там за границами этого мира Богдан снова совсем один.
Но мы его достанем. А пока пусть развлекается.
Тьма была не просто тьмой, а густой, вязкой, словно жидкий деготь, обволакивающая каждый сантиметр пространства. Богдан очнулся с резкой болью в висках, его крылья инстинктивно расправились, готовые к защите.
— Где…?
— Добро пожаловать в гости, демон.
Григорий стоял в нескольких шагах, его лицо освещалось мерцающим светом бесчисленных факелов, горящих голубым свечением.
Богдан оскалился.
— Ты…
Но прежде чем он успел двинуться, из теней выскользнули существа без лиц. У них были лишь оскаленные пасти. Когти скрипели по полу.
— О, — Богдан усмехнулся, чувствуя, как адреналин разливается по жилам. — Наконец-то что-то интересное.
Первый приспешник рванул к нему, и тут же лишился головы. Когти Богдана вспороли воздух, оставляя лишь черную слизь. Второй прыгнул со спины, но демон развернулся, а крылья, как гигантские клинки, рассекли тварь пополам.
— Серьезно? — он пнул отрубленную конечность. — Это все, что у вас есть?
Но их было много. Они лезли из стен, из пола и из воздуха. Богдан же только смеялся, разрывая их одного за другим.
— Давайте же! Еще!
И тогда из глубин замка явилась сущность в доспехах из тьмы и глазами, пылающими как звезды. Его голос звучал как скрежет тысяч мечей.
— Демон… Как смеешь ты нарушать покой Владыки?
Богдан вытер кровь с подбородка и усмехнулся.
— А ты еще что за статист?
— Я Арк’турос, Клинок Расколотого Мира! Заместитель господина!
— О, знаешь, я всегда был плох в этикете.
И оба, сорвавшись с места, столкнулись друг с другом.
Арк’турос ударил первым — его клинок, черный, как сама пустота, рассек воздух, едва не снеся голову Богдану. Но демон увернулся, ответив ударом когтей. Металл взвыл, но не поддался.
— Хорошая игрушка, — проворчал Богдан. — Жаль, сломаю.
Они метались по залу, удары сотрясали стены. Арк’турос использовал магию — черные шипы взрывались из-под пола, цепляя Богдана за крыло. Тот взревел, вырвался, но кровь уже текла по спине.
— Слабо, — хрипло рассмеялся демон. — Я дрался с куда более интересными уродами.
Арк’турос не ответил. Вместо этого он исчез и появился за спиной, клинок уже занесен для удара…
Ошибка. Богдан слишком увлекся!
Клинок вошел ему в спину и пронзил насквозь. Демон рухнул на колени, кровь хлынула изо рта.
— Глупое создание, — прошипел Арк’турос. — Ты никогда не был ровней мне.
Он поднял меч для последнего удара…
И тут вмешался Григорий.
— Стой.
Его голос прозвучал тихо, но Арк’турос замер.
— Живым он нужнее.
Арк’турос повернул голову, его глаза сузились.
— Ты рискуешь, переговорщик, — прогремел он.
— Я знаю, что делаю.
Богдан, хрипя, поднял голову. Его зрение затуманилось, но он видел шанс.
Арк’турос на секунду отвлекся. И этого хватило.
Резко развернувшись, он вцепился зубами в руку врага и с легкостью ее оторвал.
После рванулся в сторону, а крылья, несмотря на рану, ударили по полу. Он метнулся в коридор — в кромешную тьму, оставляя за собой лишь капли крови.
— НАЙДИТЕ ЕГО! — рев Арк’туроса потряс стены.
Но было поздно. Богдан смог убежать.
Но проблема оставалась. Куда? Где спрятаться и собрать руку, чтобы залечить рану?
Но Богдан знал одно — отсюда надо выбираться.
А пока…
Он оставался в ловушке. В бесконечном замке Нечто.
Я толкнул дверь, впуская в дом морозный воздух. Из гостиной доносился смех и звон чашек, пахло имбирным печеньем и чем-то уютным, домашним.
Черт, а я уже и не помню, когда нормально ел…
Но эти мысли моментально испарились, когда в дверном проеме появилась Любавка. И когда она только успела вернуться?
— Ты весь в снегу, — произнесла она, в голосе звучало что-то среднее между укором и насмешкой.
Я провел рукой по лицу, смахивая налипшие снежинки.
— Нам нужно поговорить. Наедине.
Повел ее в кабинет, прикрыв дверь. На столе, как всегда, была огромная кипа бумаг, оставленных Надей. Любавка уселась у окна, а я облокотился на стол.
— Ну? — она постучала когтями по подоконнику.
Я глубоко вдохнул
— Богдан пропал.
И рассказывал ей все как было, наблюдая за ее реакцией. Ждал слез, криков, обвинений… Но Любавка только внимательно смотрела на меня, когда я дошел до момента с исчезновением.
— Для него это обычная атмосфера, — наконец сказала она, обнажая острые клыки в подобии улыбки. — Там с ним точно все будет в порядке. Он же столько лет жил где-то в похожем месте.
