Итан улыбнулся, погладив её по руке.
– Наш человек! – уважительно произнёс Шалва.
– Встали! – Тарас определил точку выхода на нижней ступеньке лестницы. – Сосредоточились! Три… два… движ!
Бездна кюар-перехода махнула крылом тьмы, и группа оказалась на семьдесят кюар-ступенек «ниже» сто одиннадцатого реала, там же, откуда начала «спуск», и одновременно совсем в другой реальности.
Им открылся коридор, щедро залитый светом люминесцентов, стены которого были изъедены окнами, коридорчиками поменьше и нишами, в которых стояли красивые шкафы сложной конфигурации, в основном отсвечивающие полированным металлом и рядами мигающих индикаторов. Пол коридора устлан резиновой лентой, потолок казался чисто бетонным. Воздух был нагрет градусов до тридцати, но духоту перебивали электрические запахи озона и лесной свежести.
Десантникам повезло: в момент вытаивания в коридоре находились всего два сотрудника центра, одетые в сине-серую униформу офисного «планктона», которые удалялись от лестницы, о чём-то беседуя.
Итан, обладая высокой природной степенью обработки информации, метнул нож, воткнувшийся в мигающий огонёк видеокамеры.
Тарас кивнул, вскинул вверх два пальца.
Штопор и Жора метнулись вслед за парнями, захватили шеи обоих особым приёмом и зажали им рты. Из рук сотрудников центра посыпались коробочки, какие-то скобы и папки.
– Ведите вниз! – с угрозой выговорил Тарас крепышу в бейсболке.
Тот дёрнулся в испуге, но получил тычок в шею и закивал.
Лестница на самый нижний этаж оказалась рядом, но с другой стороны пролёта, и на её поиски ушли секунды. Однако внизу, на сходе, её перекрывала прозрачная перегородка с мигающим индикатором, и Тарас похвалил себя за то, что не отпустил сотрудников комплекса.
– Открывайте!
Парень в бейсболке вытаращил глаза на коллегу.
Тот замычал.
Тарас воткнул ему ствол автомата под хилый подбородок.
– Открывай!
Парень облился потом, пытаясь скосить глаза на грудь.
Штопор заметил под отворотом куртки блеснувшую металлом цепочку, вынул сверкнувший платиной чип-ключ в виде крестика.
– Он?!
Обладатель ключа кивнул.
Штопор отпустил его шею.
Парень дрожащей рукой сунул крестик прямо в мигающий индикатор, и перегородка со щелчком распалась на две части, ушедшие в стену.
Тарас толкнул его в плечо.
– Главный зал!
Штопор повёл проводника под руку.
Проводник вывел группу к узорчатой перегородке, дверь которой по ширине могла пропустить седан. Тот же крестик чип-ключа сработал и на сей раз. Дверь с массивной торжественностью повернулась на невидимой оси.
Десантники двумя струями просочились в помещение и остановились, рассматривая интерьер довольно приличного – не менее ста квадратных метров – зала, заставленного шкафами той же вычурной фрактальной геометрии, что и коридор, но чёрного, с красно-фиолетовым отливом цвета.
Точно в центре зала располагался терминал, обслуживающий ИИ-систему: подкова с десятком цифровых панелей, несколько экранов, свисающих с ячеистого потолка цвета серебра на длинных рычагах, пять кресел. И весь этот комплекс аппаратуры окружал слой прозрачного материала, образуя своеобразный защитный цилиндр.
Операторов оказалось трое, но ни один из них не отреагировал на появление бесогоновцев. Форма на них была белого цвета, с красными нашивками, на головах отсверкивали изящные шлемы.
– Открывай! – подтолкнул проводника Шалва.
Но тот замотал головой, бледнея:
– У меня нет доступа…
– Дай ключ!
– Он настроен только на внешний контур.
В этот момент двери за спинами десантников мягко закрылись. Над ними засветились алые глазки. И тотчас же один из экранов терминала, висевший выше остальных, просиял жемчугом, и на бесогоновцев посмотрела безупречной красоты и гармонии снежноволосая женщина лет шестидесяти.
– Старуха! – охнул Шалва.
Губы женщины в глубине экрана зашевелились, но её голос – звучное контральто – послышался с потолка:
– Вот мы и встретились, мои милые. Сюрприз, однако? Но я ждала одного-двух гостей, а вас семеро. Всё руководство Подполья, надеюсь?
Тарас испугался, что подчинённые или «братья» начнут переглядываться, мяться, задавать ненужные вопросы, что сразу поставило бы под удар всю операцию и показало слабость группы, но этого не произошло.
– Открывайте блистер, мадам, – сказал Итан, – поговорим.
– Представьтесь сначала, – предложила «Маршалесса» без улыбки. – Кто из вас Итан Лобов?
Тарас посмотрел на Солоухина.
– Жора, попробуй вскрыть эту консервную банку.
Сержант вскинул снайперскую винтовку, встал поудобнее, перенеся вес тела на правую ногу и выпятив живот, чтобы упереть локоть и удержать «Опустошитель». Задержал дыхание. Выстрелил.
Волна грохота прокатилась по залу серверной, заставив подскочить служителей центра.
Ойкнула, зажав уши, Лавиния.
От двери зала до терминала было всего метров девять, и пуля калибра двенадцать и семь десятых миллиметра на таком расстоянии пробивала кирпичную кладку толщиной в метр. Однако прозрачная труба вокруг терминала выдержала, хотя на ней и образовался след из трещин в форме паучка.
– Не поможет, – усмехнулась женщина.
– В одну точку! – посоветовал Тарас.
Солоухин кивнул, прицелился.
