Вскоре я поняла, что Гарри – тот еще сорвиголова: на все запрыгивает, все грызет. Обожает рвать газеты, если оставишь их на полу. Иногда мне кажется, что мой кот ведет себя как самоубийца: однажды выскочил из окна второго этажа, но приземлился вполне благополучно. Я стараюсь не думать о том, сколько из своих девяти жизней он уже израсходовал.
Нечто вроде дня рождения Гарри мы празднуем в каждую годовщину его переезда ко мне. Я говорю коту, как я рада, что мы с ним вместе живем, а он в ответ кричит, требуя еды. Думаю, вряд ли этот сорвиголова когда-нибудь изменится.
Когда моей дочке было пять лет, мы взяли для нее котенка. У нас к тому времени уже жили две большие овчарки, но я пообещал Лили, что у нее будет собственный питомец, и обещание пришлось выполнить. Поначалу я волновался, как псы отреагируют на появление Могс (так мы назвали малышку), но они встретили ее благожелательно и даже позволяли ей время от времени воровать их еду.
Каждый вечер после работы, в половине седьмого, я вывожу собак гулять. Они этого с нетерпением ждут и уже в двадцать минут седьмого, поскуливая, вертятся у двери. Поселившись у нас, Могс стала разделять с ними это радостное предвкушение прогулки: мяукала и тоже бегала туда-сюда. А как только я открывал дверь, выскакивала в сад вместе с овчарками. В те первые дни малышка начала исследовать окрестности, и мне было интересно, докуда она не побоится с нами дойти. Кошечка оказалась смелая: уверенно выходила за забор и вслед за собаками галопировала по дороге. Время от времени они обгоняли свою пушистую подружку и возвращались к ней, как будто приглашая поучаствовать в какой-то игре.
Наш маршрут проходил через ферму: овчарки и Могс сначала трусили вдоль стен хозяйственных построек, потом пересекали двор, взбирались на холм и, миновав кипарисовую рощицу, попадали в лес. Там собаки упоенно рылись носами в опавшей листве, а кошка, сидя на мягкой шуршащей осенней подстилке, с удовольствием за ними наблюдала.
Это продолжалось изо дня в день, и постепенно я стал чувствовать, что очень привязался к Могс. Вообще-то, это дочкина кошка, и я не собирался особенно с ней возиться, но благодаря нашим совместным прогулкам мы подружились, и я много о ней узнал. Оказывается, это симпатичное маленькое существо любит забираться на высокие деревья (причем делает это все более и более ловко), прятаться, тереться о шершавую кору дуба, есть насекомых и обнюхивать беличьи следы. С большим интересом наблюдая за Могс, я понял, что она очень проворная охотница: представляет себе, что листья – это какие-то животные, и гоняется за ними, ловит их. Ну а дочка, которой сейчас восемь и которая, конечно же, тоже обожает свою питомицу, часто гуляет с нами во время каникул: тогда они вместе играют с Могс и собаками.
Однако, как бы ни были хороши наши прогулки, от происшествий мы не застрахованы. Однажды, когда мы были в лесу, кошка убежала на разведку и не вернулась. Я все обыскал, заглянул во все ее любимые местечки (под деревьями, в ежевике), но она как будто испарилась. Можно было подумать, что Могс повздорила с овчарками, но те были при мне и, как обычно, бегали кругами.
Становилось темно и холодно, а я все искал. Может, на нашу любимицу напали бродячие собаки или лисы? Я поднялся на холм, заглянул в кипарисовую рощу, потом вернулся и все звал: «Могс! Могс!»
Вдруг мне показалось, что откуда-то издалека ветер доносит тоненький писк, похожий на мяуканье. Я углубился в лес – звук почти пропал; вышел на край леса – звук стал громче. Я оглянулся: сильный ветер осложнял картину, но мне показалось, что идти надо на другой конец кипарисовой рощи. Там я присел и услышал мяуканье еще отчетливее. Оно как будто доносилось с земли, но ничего кроме травы поблизости видно не было. Я медленно пошел вниз по склону и заметил, что он испещрен кроличьими норками: вот он – источник звука! Я стал заглядывать в каждую дырку и звать Могс. Из третьей она мне ответила. Видимо, бедняжка застряла. Я стал расширять отверстие, роя землю прямо руками. Это оказалось несложно, потому что почва в том месте песчаная. Наконец показалась мордочка кошки. Я осторожно вытащил охотницу наружу, опасаясь, что она могла что-нибудь себе повредить.
К счастью, Могс была в полном порядке. Собаки страшно обрадовались, снова увидев свою подружку, и облизали ее мордочку. Видимо, они не смогли найти кошку по запаху, потому что она слишком глубоко провалилась. Как бы то ни было, я испытал огромное облегчение, когда все благополучно завершилось.
