Арктур вышел из дымящегося, освещенного красными огнями шаттла, как только тот коснулся посадочной платформы в лагере «Гастингс». Морпехи, шатаясь, выходили из кровавого, дымящегося нутра машины навстречу медикам и обслуживающему персоналу. Один из кораблей разбился во время эвакуации. Изучив строй оставшихся в живых бойцов, Арктур пожалел, что Дюк летел не тем бортом.
В лагере царил переполох, как будто кто-то пропустил через персонал электрический ток. Арктур сдернул шлем и облегченно вздохнул. Даже здешняя тухлятина в воздухе была не так противна, как запах крови и пота в скафандре.
Чак Хорнер, Янси Грей и Ди де Санто спустились по трапу и остановились рядом с ним. Хорнер посмотрел на винтовку Арктура.
– Чун Люн?
Арктур кивнул.
– Черт… – выдохнул Чак и больше не смог ничего добавить.
Арктур запустил руку в волосы, наблюдая за тем, как КСМ снуют туда-сюда, демонтируя базу. Наземные экипажи уже перемещали заправочные линии к десантным кораблям, а пехотинцы в бронескафандрах тянули отливающие серебром трубы из зданий к большим летунам.
– Что за чертовщина тут творится? – задал вопрос Янси.
– Похоже, мы отступаем, – сказала Ди де Санто. – Причем в спешке.
Арктур был вынужден согласиться с предположением. Всюду, насколько хватало глаз, он видел, как военнослужащие занимаются демонтажем, собирают все, что можно унести, и разрушают то, что нельзя.
В центре этого контролируемого хаоса Арктур увидел генерал-майора Фоула, экипированного в боевой скафандр и управляющего операциями со свойственной ему резкостью. Арктур перекинул Маюми через плечо и направился к нему.
Фоул заметил его и коротко кивнул:
– Рад, что вы выбрались, Менгск.
– Спасибо, сэр, – ответил Арктур. – Что здесь происходит?
– А на что похоже? Мы уходим из системы Сигма Онуру.
– Что? Почему?
– Потому что конфликт разгорелся не на шутку, – сказал Фоул. – Келморийцы генерала Ма Сакаи вводят сюда крейсера и целые бригады, чтобы вытурить нас с этой скалы.
– Линейные крейсера? Откуда у них такие огромные корабли?
– Неважно, откуда они, важно, что они у них есть, – отрезал Фоул.
С трудом переставляя ноги, до офицеров добрел Эдмунд Дюк.
Фоул, уперев руки в бедра, сказал:
– Теперь, когда вы оба здесь, я могу сообщить вам плохую новость. В приказе сверху продлили время службы. Так что надеюсь, никто из вас не планирует в ближайшее время поехать домой.
– Продлили? – удивился Арктур. – Но почему?
– Потому что, джентльмены, Кел-Морийский синдикат официально объявил нам войну, – закончил комдив.
Арктур покрутил регулятор настройки на боку резонатора и протер запотевший дисплей, на котором танцевали зеленые линии. Гравиметрические показания были неустойчивы. Хотя мужчина был абсолютно уверен, что ощущения его не обманули, и внизу находится довольно крупное месторождение, аппарат не торопился подтвердить то, о чем так ясно говорила интуиция.
Подняв глаза от магнитного резонатора, Арктур окинул взглядом рабочую площадку. На расчищенной территории одной из глубоких окутанных туманом долин Пайк-пика возвышались шесть буровых установок, вгрызавшихся в плотные горные породы, лежащие в основании речного каньона. По всему дну долины в высохших котловинах ютились потрепанные жилые модули и склады припасов. У буровых установок трудились люди в КСМ, извлекая керны, а низкочастотные виброгрохоты работали день и ночь, отделяя минералы от пустой породы. Ничего ценного, увы, не попадалось.
Арктур знал, что многим рискует, вкладывая львиную долю прибыли с последних двух шахт в этот кусок скалы на дальней окраине пограничных миров. Пока его интуиция, верно служившая в прошлом, не могла помочь обнаружить огромные пласты минералов, которые – Арктур был уверен в этом – скрываются глубоко под реголитом. Соседние мелкие долины приносили прибыль конкурентам-старателям, а эта, хоть и глубокая, никак не хотела делиться сокровищами.
Мужчина выругался и хлопнул ладонью по корпусу аппарата.
– Говорю тебе, Арктур, в этой проклятой долине нет ничего ценного, – раздался голос за его спиной.
– Они где-то здесь, Ди. – Арктур оторвал взгляд от прибора и посмотрел на Даймонд де Санто. Упирая руки в бедра, девушка стояла неподалеку и наблюдала за ним. – Я чувствую, – добавил он.
Что Арктур, что де Санто носили спецодежду, типичную для большинства старателей окраинных миров: толстотканые брюки, стеганую куртку с множеством карманов и открытую шлем-каску. Волосы девушка заплела в дреды и стянула в тугой хвост на затылке.
Де Санто наклонилась, чтобы изучить колебания синусоиды магнитного резонатора. Арктур, окончательно разочаровавшись в возможностях прибора, резко встал и непроизвольно поморщился, когда острая боль вдруг прострелила ему поясницу.
– Ты слишком подолгу сидишь, – сказала де Санто.
