Теперь я стал хозяином холдинга, он мой по праву. Но непривычно не видеть отца в его кресле, никак я не ожидал, что он уйдет так рано. Даже с внуком не повидался, не узнал, что у меня есть сын. Или он знал? Оставил такое странное условие в завещание. Это беспокоило. Может, он не успел мне просто рассказать?
Увы, мертвому человеку уже не задашь вопросы…
Но жена рядом со мной, сын, они моя семья. Сын — мое продолжение. Эльза… Я пока не знаю, как к ней подступиться, как завоевать, как влюбить ее в себя снова. Раньше это было просто, та наивная девочка заглядывала мне в рот, и я правда не считал зазорным этим воспользоваться. Но, может, пора попросить у нее прощения за это, за свое пренебрежение, за то, что использовал ее, чтобы ускорить наш брак и чтобы отец от меня отцепился. Я так хотел сделать все по-своему и вернуться к прежней жизни, жениться на Лине, а не жить той навязанной, которую меня заставил принять отец, что не подумал о чувствах своей жены…
Эльза уехала с сыном под разбитым мною сердцем, а я и не понял. Я и не знал, что она такая гордая, сильная женщина.
Ее совершенная красота снова удивила меня, я и тогда ее оценил, и в постели с Эльзой было вполне приятно, но мешало то, что меня заставили на ней жениться! Тогда я этого не хотел, не оценил. Был молодым, мудаком, бесчувственным мерзавцем, что уж скрывать, циником…
Но судьба подарила мне новый шанс. И я, черт побери, хочу его использовать по полной! Хочу свою жену как мужчина, и хочу видеть ее матерью своих детей. Мне понравился халатик, который не скрывал женственного тела, соблазнительных ног. Вспомнил, и желание накрыло мощной волной, так, что сжал с силой подлокотники кресла.
Теплое восхищение наполнило пустоту в груди. Восхищение моей женщиной. Моей по закону, но такой пока недоступной. Пока.
Она родила мне прекрасного сына, но не доверилась. Решила, что сама справится. Моя решительная женщина. Улыбнулся, вспоминая ее красивое лицо, не испорченное косметикой.
Я старался исполнить все ее прихоти. Захотела ремонт — с утра послал дизайнера с бригадой в дом. Пусть женушка развлекается.
Упрекала меня, что в доме нет детской, так пара дней — и все будет готово. Позаботился о сыне, вроде ничего не забыл. Даже врача нашел быстро, переживал, что малец может не оправиться от испуга или оглохнуть от рева двигателей самолета.
Матвейка казался совсем маленьким по сравнению со мной, рядом с ним появлялось странное ощущение, что его надо защитить от всего. И мне оно нравилось. Больше я его не упущу, и Эльзу тоже от себя никуда не отпущу.
Итак, жена. Взял смартфон со стола и отошел к окну, заодно разминая шею. Передо мной простирался мегаполис, стекло и металл. Люблю этот шикарный вид из панорамного окна. Мосты прекрасны, гибкая лента реки радовала глаз.
Нашел номер жены, посылая ей вызов. Долго раздавались гудки, но она не ответила, набрал номер повторно. Надеюсь, ничего не случилось. С детьми у меня опыта нет, но знаю, что мелкие часто находят проблемы на свою голову, по себе знаю.
— Да, — услышал наконец тихий голосок, но и слова сказать не успел.
Кто-то закрыл мне глаза ладонями и воскликнул прямо в ухо:
— Привет, милый! Я так соскучилась! У тебя же теперь нельзя…
Меня как от удара током передернуло, резко мазнул по дисплею пальцем, скидывая вызов.
— Лина! Ты охренела? — не выдержал, гаркнул на девушку, которая испуганно пятилась к столу. — Ты как сюда попала? И ты не видишь, что я с женой по телефону разговариваю?!
Я готов был ее с двадцатого этажа скинуть, так злился. Меня трясло от смеси ярости и страха. Интересно, успела ли Эльза услышать такое «приветствие»? Если да, то я могу не найти супругу дома, когда приеду из офиса. Сбежит ведь, как в прошлый раз.
— Ты идиотка? — снова заорал на любовницу, которая уже пришла в себя и улыбалась, довольная своей проделкой. — Или я неясно тебе объяснил, что между нами все кончено?
— Да, ты вышвырнул меня из своего дома, как ненужную тряпку. Но я поняла твой маневр. Дома нам теперь встречаться нельзя. А здесь же можно. Здесь твоей этой нет.
— Нам нигде нельзя. Я женатый человек, у меня сын растет…
— П-ф-ф-ф-ф… Я тебя умоляю, — встряхнула своей блондинистой гривой и уселась на край дорогущего стола из красного дерева. Ее белые ухоженные пальцы с красным маникюром потянулись к пуговичкам на блузке и стали расстегивать их. — Ну же, Давидик, не дури… Ты уже три года женат, и нам это не помешало прекрасно жить вместе.
— Не помешало. Но как прежде не будет, пойми ты уже, — оперся кулаком о стол, нависая над бывшей. Потом стащил ее со стола в раздражении. — На стул сядь, не оскверняй своей пятой точкой стол моего отца. И я в последний раз тебе сейчас объясняю. Я. Женат. И у меня есть сын! Он рос без меня два года. Потому что я их на тебя
потратил! Я даю тебе свободу, даже денег дам. Только отвяжись от меня, наконец!
Орал, трясясь от ярости, выворачивающей мои внутренности. Будто током прошивало каждую мышцу. Ну почему она такая тупая?
