– Да как найдёт-то? – мрачно усмехнулся он. – Ведь «утка» всё это! «Утка», как и то, что ты настоящая Баба Яга.
Я вздрогнула и попыталась высвободить руку, но Кощей крепко держал её в своих костлявых пальцах. Получалось, что он, как и леший, тоже распознал мой обман. Во взгляде Кощея не было злобы, только мрачное, даже какое-то смертоносное веселье, и от этого мне стало ещё страшнее. Что он задумал?
– Бессмертен я, как иглы ни ищи, а зайцы – это так, для развлечения! Сублимация скуки! Синдром Деда Мазая! – игриво добавил он. – Вечность, видишь ли, скучна и однообразна, а ты, головушка бедовая, позабавила меня крепко, потому и ласков с тобою.
Я вспомнила мою бабушку, которая часто называла соседских мальчишек «кловуны». Сейчас в роли этих самых «кловунов», кажется, выступила я вместе с Бардадымом и Воронессой. Не самая замечательная роль, но лучше, чем участь обычных обитателей Нави.
– Сказывай, куда Ягуня стопы свои направила и почему пост рабочий и тело своё белое на неподготовленного человека оставила? – спросил Кощей. – Это ведь тебе крупно повезло, что у меня в Нави сегодня День добрых дел, а то бы, знаешь…
Недослушав страшные подробности, я вкратце рассказала ему о сложившейся ситуации с искажениями, неоднократно вызвав смех повелителя Нави.
– М-да-а-а… – сказал он, выслушав меня. – Ну и дел ты натворила в Яви, Ягодиночка! Века не хватит, чтобы распутать. Ну да я тебе помогу!
Мне было страшно заглянуть Кощею в глаза, ибо глазницы его, казалось, горели потусторонним чёрным огнём. Возможно, это был морок, но крайне впечатляющий. Поэтому я опустила очи долу, дескать, сознаю свою вину.
– А какого-нибудь заклинания нет, чтобы меня обратно, в моё настоящее тело вернуть? – с надеждой поинтересовалась я. – Очень надо!
– Вот ещё! Мне это невыгодно! – усмехнулся Кощей.
– Почему?! – удивилась я.
– С Бабой Ягой никогда так весело не было, как с тобой. Надоела она мне! Да и характер у неё тяжёлый, как золото, а я от золота чахну! – продолжал насмехаться Кощей. – Так что будем вместе работать! Привыкай! Работа непыльная: охраняешь проход в Навь. Дежурство: – сутки через трое. Полный соцпакет! Ну и половина прибыли с реализации навьей продукции! По-моему, условия для тебя очень комфортные, и потом, всё, что под моим руководством деется, это ж сплошная выгода! Смекаешь?
– Ну о выгоде судить будем, когда первые результаты увидим, – резонно заметила я. – А какая же тут может быть продукция?
– Ну как же?! – усмехнулся Кощей, задетый за живое моей дремучей недоверчивостью и неосведомлённостью. – Сувениры всякие, вода мёртвая, яды сильные, идеи для писателей, опять же, из жизни моих подопечных взятые, чёрные вороньи перья для тайных записей хорошо продаются, ну и синглы песен Сиринов – так что товаров-то навалом. Спрос рождает предложение!
Ну хорошо хоть цели у него имели сугубо деловое русло. Это радовало. Впрочем, истинных целей Кощея я не знала – зря, что ли, Ворон Воронович так ко мне присматривался?
– Ты на этом нажил своё состояние? На ядах?! – спросила я, кивнув на сундуки с золотом, которые, установленные друг на друга, выстроились в высоченные столбы у одной из стен личных покоев Кощея.
– Много будешь знать – плохо будешь спать! – хитро подмигнул мне повелитель Нави, чинно прошествовав к окну. – У меня всё законно, без обмана. Враги, даже если специально яму мне рыть будут, не подкопаются! Всё шито-крыто!
Мой взгляд упал на большой аквариум, в котором заунывно квакали штук десять Царевен-лягушек в маленьких золотых коронах. Гарем, что ли, себе Кощей тут насобирал? Юморист-сублиматор костлявый с предпринимательской жилкой! Хотя с Кадваладуром, и правда, получилось забавно. Отчасти мне даже было немного жаль кляксового монстра: он нуждался в психотерапии, а не в насмешках. Мои мысли были прерваны появлением Кощеевых слуг – стаи чёрных воронов во главе с Вороновичем, роившихся под высоченным потолком тронного зала, словно торнадо.
– Приказ мой исполнили?! – грозно спросил Кощей.
– Исполнили, повелитель! – закаркали вороны.
Вихрь ринулся вниз и ударился об пол, рассыпавшись на составные части, улетевшие в окна, медленно растворяясь в лучах чёрного солнца; только Ворон Воронович остался рядом со своим господином, расположившись по левую руку от него, а на месте вихря стояли теперь, озираясь по сторонам, исчезнувшие жители Запенди и Рагне Стигг.
– Успели! До срока невозврата совсем чуть-чуть осталось, а после него никто уже в Явь пройти не смог бы! Такое правило! – сказал Кощей, внимательно взглянув на найденных его слугами запендяйцев.
Высвободив наконец локоть из цепких пальцев повелителя Нави, я бросилась навстречу моему избраннику.
– Калик! Я так и думал! Сказнадзорщики и в Навь уже добрались! – недовольно проворчал Кощей, исподлобья взглянув на Рагне Стигга, но препятствий чинить не стал.
Запендяйцы, освобождённые по моей просьбе, выглядели одурманенными и потерянными, будто не узнавая меня. Во взорах их сквозила жуткая пустота и покорность.