— Неужели ты думаешь, что нападение на наследных принцесс Миникии сойдёт тебе с рук?
— А ты бы добровольно согласилась пройти со мной этот ритуал?
— Нет, конечно.
— Я так и предполагал. А сейчас у меня всё готово, и в Святилище нас уже ждут.
За эти дни Святилище стало мне почти родным. Даже одно воспоминание об Алтаре вызывало тепло в душе - он тянул меня к себе. Но это уже перебор с ритуалами!
— Пока моя сестра побудет у тебя в заложниках?
— У меня должна быть какая-то гарантия, ты же умная девочка и всё понимаешь.
— Ещё раз предупреждаю о бесполезности твоей попытки – только ты один уверен в том, что магию Оливии вернула я.
— Да, уверен. И ты будешь очень стараться вернуть магию и мне, — усмехнулся он предвкушающе: — Не забывай о сестре!
Я сжала зубы.
— Последнее представление короля и принцев Корнуэла и прощайся. И не дай Магистру подойти слишком близко к нам, — Гизмурд переместился немного вправо, опасаясь, что направлявшийся в мою сторону Ричард его почувствует.
Кинжал сдвинулся и колол уже не так сильно. Я бы справилась, но дед действительно знал, чем надавить на меня – страх за Оливию сковал меня по рукам и ногам.
Я смотрела, как к тронному месту приближаются красавцы Эктур с Эмином и Эраном.
— А ведь, и в самом деле похож! Как же я раньше этого не замечал? — протянул задумчиво Гизмурд.
— Что не замечал? – не поняла я, чувствуя неясное беспокойство.
— Как Дик похож на своего отца.
— Какого отца?
— Ты казалась мне более сообразительной, — снова усмехнулся Гизмурд. — Или тебе мешает это? — и он убрал кинжал чуть дальше, хотя тот всё ещё и находился в опасной близости от моих рёбер.
Достал меня уже дед своими полунамёками. Что он имеет в виду?
Как же трудно сосредотачиваться одновременно на всём, ещё и Эктуру улыбаться, кивая на его приветствие и ловя на себе такой знакомый, давящий своей энергетикой взгляд с нотками, кажется, совершенно искреннего беспокойства в самой его глубине. Уж Эктур-то, зная меня, чувствовал всю мою неестественность и скованность.
— Я подозревал, что с таким сильным начальным уровнем магии Дик скорее всего был незаконнорожденным сыном какого-нибудь великосветского вельможи, но и предположить не мог, чьим. А старая шлюха Изольда как-то прознала его секрет и вынудила заключить магическую клятву в обмен на своё молчание… — продолжал шептать Гизмурд.
Незаконнорожденный сын? Изольда? Магическая клятва?
От меня всё это время ускользала какая-то мысль, которую я никак не могла или не хотела осознать.
— Тебе ведь интересно? Интересно…— скрежетал дед. — Приготовься разочароваться в некоторых своих друзьях и претендентах на твою руку.
Друзьях? Претендентах? Что он несёт?
Чёрт! Да, что за каша у меня в голове? Или всему виной аура и язвительный шёпот деда, ядом просачивающийся в мысли, окутывающий, словно дурманом. Хотелось встряхнуться и даже заорать! Но я терпела.
Ричард подошёл совсем близко, и Гизмурд вынужденно замолк. Эктур продолжал смотреть, не скрывая своего беспокойства, пока его сыночки мялись и по очереди говорили очередные банальности о радости от нашей новой встречи, которую они вовсе не испытывали.
Снова мелькнула тоскливая мысль о том, как всё-таки Эктуру не повезло с наследниками, перенявшими от отца одну только внешность. Его цепкий ум, харизма хищника, манеры им не достались…
И тут меня, словно ледяной волной, накрыло внезапным открытием, заставив всё тело покрыться мурашками.
— Поня-а-ла…
Гизмурд произнёс это одними губами, но я расслышала, чувствуя, как превращаюсь в соляную статую, под едкий, тихий смех старика.
Не может быть!
Но первый шок тут же сменился стойкой уверенностью – может! Разве не чувствовала я всё это время их магическую и энергетическую идентичность, считая, это просто особенностью двух сильных, властных и умных мужчин? Да и внешне, теперь это стало ясно видно – словно глаза открылись – они очень похожи!
Ричард – сын Эктура!..
Я смотрела в глаза стоявшего передо мною правителя Корнуэла и читала в них немой вопрос: что происходит?
А что он прочёл в широко распахнутых моих? Что я, орхи их всех задери, уже из последних сил держусь, чтобы не выплеснуть на все их лживые, предательские головы начинавшую бурлить внутри меня силу?
Поклонившись, Эктур с сыновьями вернулись на своё место, расположившись недалеко от первых лиц из аристократии Миникии. Эктур был хмур.
Сглотнув, не смогла не обернуться в сторону подошедшего на расстояние вытянутой руки Магистра.
Такие похожие на только что рассматривавшие меня другие карие глаза, только с хищным прищуром. И сердце неистово зашлось в груди.
Он что-то говорил собравшимся, жестикулируя руками в мою сторону, но я ничего не понимала и почти не слышала. Мои пальцы привычно закололо.
Не такую реакцию ждал от меня дедуля. Или такую?
— Прощайся! — тут же раздался его злобный шёпот, и я почувствовала новый укол в боку. Он уже пожалел о своей откровенности?
