Я вышла из душевой кабины, расстирая освобожденные запястья с горькой мыслью о том, что сейчас их вновь будут сковывать веревки, и не заметила, как в помещение зашел кто-то высокий, и этот кто-то, так же не успев среагировать, налетел на меня прямо на пороге. Мы оба отступили на шаг назад, поднимая взгляд с пола и встречаясь шокированными глазами — передо мной стоял молодой пират, на вид чуть старше меня, может, лет 25 парню. Первое, что бросалось в глаза, была его бледная кожа, нетипичная для тропического климата. Его выгоревшие под солнцем волосы имели серебристый отлив, редкая щетина под ярко выраженными скулами выглядела не совсем аккуратно, но придавала особый шарм, а пустые, светло-серые глаза… Они были действительно прекрасны. При всем при этом пират не выглядел каким-то смазливым мальчиком с точеными чертами лица, нет — он просто в разы отличался от толпы загорелых невысоких, но крупных быков, работающих на Монтенегро, да и от самого Вааса тоже.
— Приношу извинения, задумался, — иронично усмехнулся незнакомец, протягивая мне аккуратно свернутое черное полотенце. — Сильно бортанул? Цела хоть?
«Это точно человек Вааса?» — была моя первая мысль, пока я как истукан непонимающе пялила на предмет в его руках.
В моей голове обезьянка била в тарелки, а сотни формул по алгебре проносились со скоростью света, но я никак не могла вдуплить то, что в этом лагере нашелся человек, который не повел себя, как эти мудаки-пираты, а впервые вежливо обратился ко мне.
«Не, ну вроде пират: майка красная, татуировка с глазом, глок в кобуре — все при нем! Охринеть!»
Я сморгнула и пришла в себя, хватая полотенце из рук парня, и благодарно улыбнулась ему.
— Да я в порядке, спасибо… Но как ты узнал?
Принявший, видимо, мою улыбку на свой счет, парень приоживился и, как бы сказать, расслабился что ли — расставив ноги пошире и сунув руки в карманы, он ответил:
— Ваас приказал. А потом злой куда-то умотал с целым конвоем подчиненных. Видимо, ракъят снова нам палки в колеса ставят… И кстати не за что, — он указал пальцем на полотенце в моих руках. — Если что-то понадобиться и будет возможность, то обращайся. Меня Арэс зовут, — пират протянул мне забинтованную ладонь, и мы пожали руки.
— Красивое имя. Ты грек?
— Мать гречанка, а отца я и знать не знаю, — безмятежно махнул парень рукой: его это нисколько не трогало. — Утром вроде еще немцем был… — с усмешкой добавил он.
Перед тем, как мы распрощались, Арэс предупредил, что снаружи меня ждет некий Тони — мой конвоир на время отсутствия Монтенегро…
Широкоплечий, но с явным недобором веса мужчина в темных очках оглядел меня презрительным взглядом, стоило мне покинуть душевые, и тут же схватил меня за плечо, с силой толкнув в сторону хижины.
— Че там так долго делала, сука?
— Тебе в подробностях рассказать? — малость расхрабрившись, огрызнулась я.
Пирата мой тон явно не устроил, ибо одним ударом ноги в область под коленкой он сбил меня с ног, и я упала на землю, сдирая кожу к херам.
— Уже не такая дерзкая, а? — процедил он сквозь зубы, и попытался схватить меня за локоть. — Вставай! А ну поднимайся!
Я сдунула упавшую на лицо пряд волос, демонстративно вырвала плечо из руки Тони и быстро поднялась на ноги, наплевав на сочившуюся кровь на одном из колен и на ладони.
«И на кой черт спрашивать, если ты такой обидчивый еблан?!» — подумала я и, после тычка в спину автоматом, зашагала вперед.
Я покорно шла впереди моего конвоира, осматривая местность боковым зрением. Еще изначально лагерь Вааса казался мне нереально масштабным, не зря главарь пиратов выбрал это место, как свое пристанище. Это был не просто какой-то огромный аванпост, скорее, он напоминал полноценный городок, хорошо обжитый и хорошо охраняемый, и это снова и снова навевало мысль о том, насколько нереально сбежать отсюда.
«Вааса в лагере нет, так… Почему бы не попробовать? Но как…»
Мои мысли прервали голоса каких-то двух мужчин, позвавших моего охранника, чтобы поговорить. Тони замялся, попытался отвертеться, мол: «Девчонку отведу, тогда и поговорим», но кореша оказались настойчивее.
— Стой смирно! Иначе моя пуля случайно заденет твою ногу, — буквально прошипел пират, указывая мое место пальцем, и отошел к группе пиратов.
Что мне оставалось? Я повиновалась, и простояла еще минут десять, кидая мимолетные взгляды на Тони. Мерзкий пират и не думал закругляться. А че, ему весело, эти люди явно о чем-то смешном ему рассказывают. Мой взгляд падает на запястья — они, мать твою, свободны — а затем снова на Тони. Несмотря на внешнюю безмятежность этого осла, этот укурок был заметно насторожен: стоял лицом ко мне и периодически проверял, на месте ли я.
«Этот мудак всю малину мне портит…»
Но шанс мне подкинула сама матушка Фортуна…
— Эээ! Мужик! Ты нарываешься блять! Я тебе щас…
Я услышала неподалеку знакомый голос и, обернувшись, увидела Еву, которой заламывали руки и клеили на рот скотч.
