— Нет, что вы, — маршал сдержанно улыбнулся, — отправление только через полчаса. Все по плану. Проходите, мой помощник Кильхе покажет вам вашу каюту. А после отправления я бы хотел видеть вас, фрай, у себя в кабинете.
Глаза маршала как-то странно блеснули.
— По нашему общему делу, — совсем тихо добавил он.
Джер только кивнул и подтолкнул меня в поясницу, чтобы уже заходила на корабль. Помощник маршала стоял у трапа, ожидая нас. Я сглотнула, чувствуя дрожь в подгибающихся коленках. Неожиданное осознание того, что возвращаюсь на Землю, которую, уже думала, никогда не увижу, накрыло с головой.
— Ты чего? — шепчет Джер на ухо. Его горячие пальцы на моей спине.
— Просто…я ведь лечу домой… — поднимаю на него повлажневшие глаза.
— Твой дом теперь, где я, — фыркает Ансгар раздраженно, я и замечаю собственнические нотки в его голосе. Мне становится смешно. Ревновать к планете. В чем-то волки так примитивны. Джер не дает мне ответить, а просто буквально тащит за собой на корабль.
Наша каюта огромна. Даже не думала, что найду подобную роскошь на военно-транспортном корабле. Впрочем, служащие находятся здесь месяцами, так почему бы и нет. Две комнаты: гостиная и спальня, а еще большая ванная. Все обставлено немного аскетично, но очень дорого. И в спальне окно. Панорамное. На всю стену почти. Даже страшно стало. Это не опасно? Стекло может выдержать космические нагрузки? Но Джер сказал, что это не стекло вовсе, а очень прочный материал — липам, добываемый на одной из захваченных Конфедерацией планет. По характеристикам ничем не уступает обшивке. Вся управляющая рубка из него сделана для лучшего обзора. И вышки артиллерийские.
Артиллерийские вышки. Это же боевой корабль. Стало как-то не по себе. Прижалась к "стеклу", ожидая взлета, наблюдая за снующими внизу солдатами. Ансгар кинул наши вещи в гардероб и встал сзади. Одна рука рядом с моей на стекле, другая берет в кольцо талию. Легкий рык в ухо, жаркое влажное дыхание опаляет кожу. Я выдыхаю с трудом, прикрывая глаза. Томительная дрожь бежит по телу. Спину жжет от его горячего торса даже сквозь одежду, мужские бедра вдавливается в меня сзади. Я ощущаю его возбуждение, и ноги подкашиваются.
Его рука расстегивает молнию на моих брюках, пробирается под белье.
— Нас же увидят, — хриплю жалобно.
— Окно непроницаемое снаружи, — шепчет Джер, пальцы размазывают выступившую влагу по половым губам. И я безвольно обмякаю, выгибаю поясницу навстречу ему, упираюсь лбом в стекло и прикрываю глаза. Вдруг корабль начинает мелко вибрировать, так, что даже внутри все дрожит.
— Старт, — сообщает Джер, — ты когда-нибудь видела выход из атмосферы, Мару?
Я только головой качаю, не могу ответить, его пальцы во мне сейчас невероятное что-то творят. Все плывет перед глазами. Вибрации корабля кажутся моими собственными.
— Смотри, это что-то, — шепчет волк, жарко целуя меня в шею, ускоряя движения руки. Но мне совсем не до этого. Не понимаю, почему он только играется? Я уже давно готова, лоно болезненно сжимается, жадно обхватывая пальцы. Низ живота сводит от желания большего.
— Джер, давай, — капризно хнычу, потираясь о него. Завожу руку назад и глажу эрегированный член сквозь плотную ткань.
— Смотри, — вместо этого он сильно сдавливает пальцы на моей шее, так что воздух застревает в горле, и поднимает мою голову вверх. Его частое дыхание у самого уха россыпью мурашек распадается по телу, отравляя что-то во мне. Большой палец накрывает пульсирующий клитор и поглаживает нежно, создавая ядерный контраст с грубо толкающейся в лоно ладонью. Я приподнимаюсь на носочки. Кажется, что взлетаю вместе с кораблем. Ноги дрожат от напряжения. Мышцы болезненно сводит. Еще чуть-чуть и просто повисну, надетая на его руку, как тряпичная кукла. Лазурное небо все светлее, огромный мегаполис внизу превращается в небольшое размытое пятно. Разряженный воздух преломляется, переливаясь всеми цветами радуги. Дух захватывает, словно попал на палитру к безумному художнику. Глаза мои широко распахиваются, вбирая в себя восхитительную нереальность картины. Джер жадно припадает к моей шее, прикусывая кожу выступившими клыками. Пальцы внутри лона сгибаются, ритмично ударяя по какой-то чувствительной точке. И из меня вылетает протяжное " Ооо", судорогами отбивающиеся в теле. Мы влетаем в черноту. Огромная звезда неожиданно слепит нещадно, такая близкая. Беспощадная. Мне кажется, я сгорю сейчас от ее раскаленных лучей прямо тут, в руках волка, конвульсивно дрожа от пережитого экстаза.
— Я поговорю с маршалом и вернусь, — сообщает Джер, выйдя из душа, — это может занять пару часов, отдыхай пока, Мару. Завтра к вечеру мы уже прилетим.
Янтарные глаза скользят по мне, будто ощупывая, и внутри вновь загорается что-то. Но Ансгар отворачивается, разрывая зрительный контакт, и натягивает на голый торс легкий джемпер.
— Джер, — зову его, садясь по-турецки на кровати. Дожидаюсь, когда он повернется ко мне, и только тогда продолжаю, внимательно следя за выражением его лица, — Почему ты сразу пошел в душ? Ну после…после окна?
