— А ты не догадываешься, Мару? — его красивое лицо освещает кривая улыбка.
— Ты мог бы просто… — слова наподобие " трахнуть меня" застревают на языке, так и не вырываясь наружу. Все-таки в таких разговорах я не мастер. Так что просто мучительно краснею.
Джер улыбается шире, мое смущение его явно забавляет. Потом неожиданно хмурится и садится рядом на кровать, сосредоточенно смотря перед собой.
— Может, ты еще не беременна, — произносит тихо, — Я пока не чувствую. Принюхиваюсь все время, но пока нет.
Ансгар поворачивается ко мне, сверля внимательным взглядом.
— И…ты не хочешь, чтобы это случилось? — осторожно спрашиваю.
— Не хочу. Не хочу, чтобы мальчик.
Я закусываю губу, на глаза наворачиваются непрошенные слезы. Столько всего разом смешивается в груди.
— Но есть же какие-то противозачаточные у вас или…как вы это делаете? — мой голос предательски дрожит. Тысяча вопросов вертится в голове, и я не знаю, с какого начать.
— Никакие противозачаточные с истинной не помогут, — Джер отводит взгляд, сцепляет руки в замок и снова расцепляет, — природа все равно победит. Только разве что отсрочат, и то… Мы просто в образе людей спим с парами реже. Тогда появляются девочки. Омеги. А в основном в виде волков…спариваемся. В образе волка не беременеют. Точнее, не вынашивают потом, зародыш не приживается, когда обратно оборачиваются. Ну или… Если уж забеременела мальчиком, то…
Джер снова поднимает на меня сосредоточенный взгляд и тихо продолжает:
— То делают аборт.
— Всегда? — губы немеют. Как у них все жестоко и сложно. Казалось бы, что естественней продолжения рода. Но это… Дикость. Липкая испарина выступает на коже, неприятно холодя.
— Не всегда, — Джер криво усмехается, — Иначе бы я тут не сидел, Мару.
— Твоя мать выбрала родить тебя и умереть? — я уже слышала все это еще от Дирка, но хотелось спросить у самого Джервалфа.
— Не совсем так, — Ансгар опять рассеянно смотрит в сторону, не фокусируя взгляд, — Некоторые выживают. Примерно процентов десять. Те, кто физически более сильные. Она надеялась выжить. Но…не получилось.
Мы молчим. Подползаю к нему по кровати и крепко обнимаю за шею, целую в щетину на щеке.
— Так может быть, я выживу, Ансгар, — шепчу ему на ухо, и чувствую, как он вздрагивает и напрягается, — Я сильная…
— Ты даже не оборотная волчица, Маррру, — хрипло отвечает еще тише.
Перехватывает мою руку и резко тянет на себя, заставляя упасть ему на колени. Пальцы волка зарываются мне волосы, убирая упавшие на лоб прядки.
-Пока мы будем просто аккуратней, а потом я что-нибудь придумаю.
Я недовольно кривлюсь.
— Аккуратнее, это не быть вместе, ты это предлагаешь? Зачем тогда вообще меня взял с собой?
И Джер начинает смеяться.
— Не "не быть", а " реже", Мару. Боишься, что сорвешься с голодного пайка и изнасилуешь меня?
Я обиженно фыркаю, ложусь на бок на его коленях и буквально упираюсь носом Джеру в живот. Провожу пальцами по тонкой ткани джемпера от груди до самого пояса брюк и хитро кошусь на него, чувствуя, как мышцы живота Ансгара подрагивают даже от такой примитивной ласки.
— Смотри, сам не сорвись, волчара, — нараспев произношу, улыбаясь.
Джер рычит в ответ, сгребает меня в охапку, легонько кусая куда придется. Щекотно до ужаса. И не вырваться, как не брыкайся, уже и слезы на глазах. И истеричный хохот застревает в горле. Всю закусал.
— Ррр, съем тебя, — Ансгар неумолим. Валит меня на кровать, подминая под собой. Играется.
— Ааа…Прекратиии…Ну всеее… — чудом перехватываю его лицо и притягиваю к себе.
Джер перестает улыбаться, лишь янтарные глаза невыразимо тепло светятся, словно внутри него тоже горит ослепительная, но смертельная звезда.
— А редко это как? — уточняю еще один очень волнующий меня вопрос. Он так близко. Я и сейчас больше думать ни о чем не могу. Хочу без одежды лежать, чтобы кожа к коже. И дыхание переплелось. И тела.
— Пару раз в неделю, — хрипло отвечает волк и томно целует меня в губы, приглушая вырвавшийся скорбный вздох.
37
Джер уходит к маршалу, оставляя меня одну, и я тут же чувствую, насколько оказывается устала. Слабость разливается по телу, давит на веки, кружит голову. Что-то странное, ведь еще не так поздно, но спать хочется неимоверно. Тем более, что за панорамным окном черная мгла космоса, подсвеченная лишь далекими звездами. Выключаю свет и вырубаюсь тут же.
Сквозь сон ощущаю возвращение Джера. Я так чувствую его, что его тепло проникает через любое забытье. Ищу его тело, не открывая глаз, шарю руками по прохладным простыням. И, наткнувшись наконец, прижимаюсь крепко, зарываясь носом ему куда-то в подмышку. Джер фыркает и перекладывает меня к себе на грудь. Гладит по волосам, пропуская пряди сквозь пальцы, шепчет неразборчивое что-то в макушку. И я снова отрубаюсь.
Просыпаюсь уже когда глубокая ночь, ощущая гложущее беспокойство. И с криком подскакиваю на кровати. Джера нет, а вместо него….Я дрожу, во все глаза уставившись на поднявшего ко мне морду огромного волка. Его янтарные глаза светятся в темноте, прошивая меня насквозь. Уши настороженно становятся торчком.
