Полох сделал полшажка назад.
– Не знаю, – резко бросил страж.
– Жаль. А мне так хотелось. – Я тяжело вздохнула и перешла к насущной проблеме: – Не знаешь, что здесь можно попить? Меня жутко мучает жажда.
Взгляд сам собой упал на горло воина. Все же жест довольно похож на тот, что делают, когда хотят пить или не хватает воздуха.
Полох сглотнул и сделал три шага от меня.
Что-то он сегодня совсем не свой. Может, болит чего или день плохой?
– Моя кровь ужасна на вкус, – хрипло выдохнул страж, схватил шарф из ближайшего ларька с тканями и обмотал его вокруг шеи три раза. Потом замер, подумал и добавил еще одну петлю.
– Что? – Вот теперь я окончательно поняла, что ничего не понимаю. – Я просто пить хочу.
– Это я уже понял. Вон у Вольфыча кровь питательная. Может отдавать псиной, но не критично. Тем более он из вас беляш хотел сделать, – затараторил без продыху Полох, подтягивая к себе мимо проходящего оборотня. Бедный волк ничего не успел понять, как оказался стоящим передо мной.
– Вот сюда можно кусать. – И страж силой склонил голову Вольфыча набок да так и удерживал нечисть.
– Да что ж это творится, нечисть добрая! Средь темной ночи человечка кусает волка! Совесть владыки жаждет нашей темной кровушки! Бежим! Бежим! – голосили очень знакомым пронзительным голосом. Я почти сразу узнала Манну в этом визге, а потом и увидела гаргулью на крыше одного из ближайших зданий.
– Да что тут творится! – Неужели я надышалась ядовитыми парами города и у меня галлюцинации?
Все замерли: кто с ножом над тушей, кто с тканями на шести руках, кто в окне таверны повис, демонстрируя сильную стадию опьянения. Вольфыч же обнажил свои клыки в подобии неуверенной улыбки и хрипло выдал:
– Беляш? Отдам за полцены. – И улыбнулся еще шире.
Мне пришлось очень долго объяснять, что никого я кусать не собираюсь и кровь ни у кого пить не хочу. Несмотря на демонстративно выпитую пинту сидра из ближайшей таверны, Полох так и не снял оранжевый в зеленый горошек шарф с шеи, а Манна так и не заткнулась. Все кричала о том, что я просто испугалась огласки и стольких глаз, а иначе Вольфычу было бы не жить.
Да они вообще этого оборотня видели? Он в два раза выше и шире меня. Заглотит целиком, как волк Красную Шапочку, и даже не икнет!
– Пойдем, – позвала я стража, еле сдерживаясь от того, чтобы не начать швырять в излишне громкую гаргулью камнями и всем, что попадется под руку. Кто же знал, что ее паранойя на самом деле такая сильная.
Лавка Кроля оказалась в переулке, но легко просматривалась с улицы. Однако это не спасало ситуацию, поскольку окна были завешены черной тканью. Вроде и переулок не страшный, но вот что происходит внутри самого магазина, никто не видит.
– Зачем тебе ритуальные товары? – озадачился Полох. Он остался стоять на улице, не заходя в переулок.
– Помянуть свою прошлую жизнь хочу, – отшутилась я, наконец узнав, какой магазин держит Кроль. Теперь понятно, почему основная часть ингредиентов должна быть у него.
Стаж не горел желанием заходить со мной в лавку, тем более такую изолированную от жизни города. Кажется, он все еще опасался, что я хочу испить именно его крови, хоть у меня не было ни одной догадки, с чего он это взял. Что-то он после случая с “рядом” и гаргульей стал каким-то слишком чувствительным.
– Я могу пойти одна. – Тем более что мне так выгоднее. – Вряд ли какой-то Кроль сделает мне что-то.
Полох опустил голову, потоптался на месте, а потом еле заметно кивнул. Если бы не смотрела прямо на него, то и вовсе пропустила бы этот момент. Недолго думая я открыла абсолютно черную дверь и зашла внутрь. Сразу в нос ударил запах жженой серы, какой появляется, когда только зажжешь спичку. На самом деле он мне нравился всегда, поэтому отторжения не вызвал. А вот ориентироваться внутри было сложно. Не из-за освещения, с этим все было хорошо: множество свеч по всему периметру давали отличный обзор. Вот только этот самый обзор закрывали всевозможные тумбы, стеллажи с непонятными склянками, статуэтками, тряпками и прочим. С потолка свисала паутина, какие-то растения, цепи и ткани. Это место больше напоминало сувенирный магазин или лавку эзотерики и оккультных практик, что, в принципе, недалеко ушло от того, что я искала.
– Извините! Кто-нибудь есть здесь?
Я не понимала, где находилась стойка и была ли она вообще, поэтому решила не суетиться понапрасну, а сразу обозначить свое присутствие. Глядишь, кто и ответит.
И вправду ответили. Сперва я почувствовала движение где-то позади, а потом передо мной легла большая тень, загородив свет от доброй половины свеч.
– Я есть здесь, – грозным басом произнес кто-то над моей головой.