– Тш-ш-ш, не мешай ему, – прошептала я, ловя на себе ошарашенные взгляды всех присутствующих, включая Залу.
– Полох хороший воин? – через десять минут тишины уточнил Ситцев. Ему ответила я, поскольку лицо змея вытянулось, и он не был способен на вербальный ответ:
– Более чем.
– Тогда есть отличный способ выиграть сражение, минимизировав ущерб, – Максим улыбнулся, но во всем облике ощущалась сила и жесткость.
По какой-то непонятной мне причине я стала намного смелее, стоило этому мужчине появиться здесь. Он будто придавал мне сил лишь одним своим присутствием.
Три часа спустя.
– На нас напали! Напали! Это конец, конец! – голосила Манна, облетая город по второму кругу.
Силы противника успешно прорвались во дворец, оставив все войско нежити и нечисти позади. Никого не осталось, чтобы защитить владыку и его Совесть. В зале перед парадной двойной лестницей служителей бога света встретила лишь однорукая старушка. Владыка и его правая рука стояли наверху, не предпринимая попыток вмешаться в предстоящее побоище.
– Как же ты коварен, кара этого мира, зараза, пожирающая свет! – заголосил один из ведущих светлое войско. – Думаешь, мы пощадим сие отродье? Никогда. Орден тверд в своем убеждении. Тебе конец, темный владыка!
И несколько десятков ночнушек пошли в атаку на сухую, скрюченную старушку всего лишь с одной узловатой рукой, в которой она держала свою древнюю швабру.
– Куда в грязной обуви по мрамору?! – выругалась Зала, которая все это время от нервов мыла полы во дворце. Подниматься к нам она категорически отказывалась, решив встречать врага так, как привыкла – за делами.
– Я так не могу, – взвизгнула я и уже порывалась сбежать вниз, чтобы заступиться за Залу, как меня обняли сзади, подняли и вернули на место, так и не отпустив. – Так нельзя! Нужно ее спасти!
Меня удивило, как быстро меня поймали, но не более, чем личность пленившего. Полох собственной персоной спеленал меня своими сильными руками и сейчас рвано дышал в макушку. Краснел, задерживал дыхание от волнения, но не двигался с места. Я даже позабыла о старушке, пока не услышала крики снизу. Внутренний балкон, на котором мы расположились, открывал отличный обзор на парадный вход и лестницу.
– Вау! – высказал мои мысли майор, который тоже ранее порывался помочь, но был остановлен Владисом и его стальной хваткой на плече.
Посреди мраморного зала при входе стояла Зала, а вокруг валялись, постанывая от боли, светлые служители. Каким-то образом женщина расшвыряла десяток воинов менее, чем за минуту.
– Кровь на моем мраморе! Демоны вас задери, окаянные! Вымою пол вашими костями, ироды в ночнушках! – разошлась не на шутку экономка, когда заметила красные разводы. Даже мне стало страшно.
– Что произошло? – как я могла пропустить нечто подобное.
– Кто она такая? – восторженно спрашивал Максим, свесившись через перила.
– Лич, – с нотками гордости сообщил владыка. – Она вырастила три поколения аристократов в одной семье, после чего ее же воспитанник обвинил старушку в хищении средств. Он сам растратил приличную сумму, но не признался в этом отцу. В итоге женщину, что прослужила более шестидесяти лет в одной семье, лишили руки и бросили истекать кровью на улицу. К моменту, когда я наткнулся на нее, степень обиды этой души была столь велика, что она обратилась личом без моей помощи.
– Лич? – Мой голос дрогнул. Я успела узнать, что в этом мире лич, это высшая ступень для нежити. Самый страшный кошмар для светлого ордена, ибо неподвластен магии и имеет огромную физическую силу.
Наблюдая за тем, как старушка одной рукой сворачивала шеи воинам, что кидались на нее с мечами и копьями, сомнений в том, что Зала – лич, не осталось. Она просто расшвыряла половину светлых так, что теперь образовался круг из тел, а в центре стояла сама лич. Ее глаза налились красным, а изо рта больше не было слышно слов, только нечеловеческие пугающие звуки.
– Я ни разу не прибегал к этой ее силе. Слишком тяжело потом вернуть прежний человеческий облик и пробудить душу. Без разума она опасный хищник, что не отличает своих от чужих, – пояснил Владис. Кажется, он сам ее побаивался. – Теперь понимаешь, почему я чистюля?
Я молча кивнула. Больше ни одна сила в мире не заставит меня уронить и крошки на этот драгоценный мрамор. Кто ж знал, что Залу триггерит грязный пол настолько, что она обращается в кровожадного монстра, стоит только запятнать его кровью.
– Ей отрубили руку в парадной особняка, сразу после того, как она вымыла полы. Она видела, как собственная кровь растекалась по идеально вымытому покрытию. Думаю, это и стало ее причиной сходить с ума.
Я передернула плечами, ощущая весь ужас, который испытывала когда-то старушка. Люди поистине могут быть чудовищами гораздо хуже, чем нежить и нечисть.
– Пора, – сообщил Максим и выпустил фейерверк в окно дворца.
Тут же все “поверженные” войска темных поднялись с окровавленных улиц и незамедлительно двинулись к нам. Как и было запланировано, мы заблокировали их и окружили, загнав во дворец. Теперь уж никто не мог спасти светлый орден.