Я медленно выдыхаю, вдыхаю и прошу:
— Давай п-подробнее об этом. — Поначалу мой голос дрожит, но по мере того, как говорю, в нем просыпаются звеняще-истеричные нотки. — Где, когда и, в конце концов, зачем ты с ним говорила?!
— Я… — оправдывается тетя, а потом вдруг взмахивает руками: — Хватит так на меня смотреть. Я ведь не знала, что ты встречалась с Назаром и соврала ему!
— Ну… — теперь уже я смотрю на нее виновато.
— Эх, что теперь, сделанного не воротишь, — грустно сетует тетя, — но вообще, прошло два дня с нашего разговора. Как видишь, не очень-то Исаевы торопятся к нам в гости. Что старший, что младший. Так что, может, и пронесет. Если бы имели какие-то планы на моего племяша, уже прискакали бы. К тому же я не называла никаких имен.
Она хватает с блюда булочку и начинает мрачно жевать, показывая большими пальцами обеих рук «класс».
— Вкушно.
— Ты серьезно? — У меня дергается глаз. — Не-е-ет, этот номер не прокатит. Рассказывай.
Тетя хмурится и печально вздыхает, будто собирается с силами, и начинает говорить:
— Ну, я уже пару недель через день езжу на уборку к Раевским в жилой комплекс «Князь», помнишь?
— Ага.
— Так вот, скорее всего, Виктор Исаев живет в одной из высоток этого комплекса, потому что я натыкалась на него несколько раз.
Я поднимаю бровь. Странно, почему не поселился в каком-нибудь отеле?
— Сначала, — продолжает тетя, — не признала его.
— Почему? — удивляюсь я.
— Да он на свои фото из интернета не очень-то похож. Постарел, похудел. Но потом поняла, что это все-таки он.
— И чего тебя понесло с ним болтать? Проходила бы себе мимо, и все.
— Так я и проходила, Алис. Раз прошла, другой, третий. А на хренадцатый не получилось. Ну и пару дней назад иду к машине, смотрю, чешет себе с пакетом продуктов со стоянки, разговаривает по телефону, чему-то там смеется, и такое меня зло взяло, ух!
— Э-э-э… — многозначительно выдаю я. — Почему зло?
Но тетя будто не слышит.
— Короче, не выдержала душа поэта. Я к нему и понеслась.
Ой-ой. Знаю тетю, она к Исаеву на всех порах полетела явно не доброго здоровьечка пожелать.
— И что? Зачем подошла-то?
— Как зачем? В тот момент мне показалось, что он ну просто обязан знать, какое говно воспитал!
Я нервно хихикаю: что есть то есть.
— В общем, иду к нему навстречу и по пути давай его разглядывать сверху вниз. Он поначалу и не заметил, а потом увидел, положил трубку, нахмурился. Мол, что такое, вы вообще кто?
— А ты?
— А я у тебя умная. Как знала, не назвала имя. Неважно, говорю, как меня зовут. Он снова: что такое, я могу вам чем-то помочь? Ты представляешь, Алис? Он — мне! Уже помог чем смог, блин, воспитал такого сынулю. Буржуи проклятущие!
Тетя распаляется все больше, и я вынужденно ее успокаиваю:
— Тише, тише, ты чего, сейчас соседи сбегутся на твой крик.
— В общем, — продолжает она уже тише, — спрашиваю у него: вы отец Назара? Не то чтобы не знала ответ, но мало ли, вдруг все же обозналась. Он кивает. И все, Алис, у меня забрало-то и опустилось… — сконфуженно опускает голову тетя. — Ты меня знаешь.
Ага. Знаю. И уже предвкушаю продолжение.
— Я ему: мол, так и так, хочу как следует разглядеть отца, который воспитал
— О-о-о, — охаю я. Вот что значит взять быка за рога. Сразу к делу. — И как он отреагировал?
— Не поверишь, даже попятился. Давай меня рассматривать сверху донизу, прям как я его.
— Он, видимо, решил, что ты о себе, теть? — Смешок вырывается из меня помимо воли.
— Ну да. Я ему сразу и сказала, что нечего так пялиться на меня, я не о себе.
— И?
— Не знаю, чего я ждала, но явно не такого ответа. Он вдруг как задерет свой подбородок, как отчеканит с пафосом: Назар не мог так поступить.
— Чего?!
— Вот и я так же отреагировала. Говорю: тем не менее поступил. Видимо, весь в папашу. Ну и все, разворачиваюсь и ухожу.
— И он что, так тебя отпустил?
— Куда там. Пытался догнать, подробности ему, видите ли, нужны. Или хотя бы мое имя. И зачем ему мое имя, а? Я не сказала. Бросила ему напоследок, что подробности может узнать у собственного сына. Если у того, конечно, не как у матроса, в каждом порту по такой вот брошенной девушке. Села в машину и укатила. Еду и смотрю в зеркало заднего вида, как он недоуменно мне вслед смотрит. Все.
— М-да, — морщусь я.
В общем-то, все не так плохо, как я думала. Слава богу, никаких имен, явок и паролей. Однако узнать по тете — проще простого. Она у меня — огонь, ее сложно забыть, особенно, когда трындюлей раздает.
Пытаюсь представить, как себя чувствовал Виктор под ее горящим взглядом. Я в такие моменты желаю спрятаться подальше, хотя именно на меня она никогда не орала.
— Алис, может, Назар не узнал меня по описанию? Не понял, что речь о тебе?
— Пф, — закатываю я глаза, — поверь, твой боевой характер сложно не узнать.
