Белая футболка контрастирует с бронзой гладкой кожи. Светлые джинсы обтягивают тренированные бедра, и я стыдливо поднимаю взгляд вверх, обратно к его глазам, потому что засмотрелась. Темные волосы чуть влажные, ощущение что он недавно из душа, стрижка аккуратная модельная. Чисто мужская и слишком сексуальная чтобы остаться равнодушной и не глазеть. Богиня внутри исходит слюной. Захлебывается ей.
– Привет Паш… – наконец-то язык соединился с мозгом, и я ответила. Суворов-старший наблюдал за нами слегка удивленно, но вмешиваться не спешил. – Не узнала тебя, ты стал таким…
Каким таким, Ира? Очнись!
– Ириш, ты сумочку забыла, – сзади послышался голос Иваныча, и я поняла, что самый бесячий расклад, который мог бы произойти – произошел. Самый кошмарный… Прикрываю глаза и поворачиваюсь к подошедшему Иванычу, который ни с того ни с сего вдруг решил перейти на «ты». – Олег Геннадьевич, какие люди!
Дрожащей рукой взяла сумочку из рук Иваныча, и тот поприветствовал Суворовых безумно довольный, что все сложилось именно так.
– Вас можно поздравить, такое событие… – Иваныч заговорил, а я разозлилась на него за это неуместную демонстрацию отношений и на себя за абсолютную глупость и растерянность. Пролепетала извинения и сжав цветы зашагала по лестнице, не оборачиваясь на разговаривающих мужчин.
От обиды на глаза навернулись слезы, но я сморгнула их, помня о туши, которой зачем-то накрасила глаза. Фольгированная упаковка шелестела в такт шагам, и я уже подошла к двойным дверям роддома, собираясь дернуть ручку, но Пашка опередил.
Открыл дверь, отступая чтобы пропустить даму вперед. В любой другой момент я бы ответила благодарностью, но сейчас эмоции были в раздрае, и я лишь скупо кивнула, пряча глаза и вошла в холл, в котором уже стоял новоявленный папаша с цветами и шарами.
– Какие люди и без охраны! – Марк был взволнован, и выглядел слегка взъерошенным. А еще он был в форме, видимо поехал на выписку прямо с работы.
– Волнуешься? – с улыбкой спросила, напрочь игнорируя присутствие Пашки. Видел уже сынулю?
– Только на фотках, – сделал ко мне шаг и обнял, переводя взгляд за мою спину, и я ощутила, как Марк напрягся, но виду не подал. – Приехал.
Эти слова он адресовал Пашке, и тот медленно прошелся по Кремлёву цепким взглядом, а потом кивнул и протянул руку для проформы. И не было в их рукопожатии ни намека на теплые дружеские эмоции – холод и циничность. Стало неуютно.
– Когда начнется? – спросила жизнерадостно, стараясь погасить взаимную неприязнь между друзьями и отвлечь их разговорами.
– Даша одевается, Тёмку пеленают и оператор снимает это. Думаю с минуты на минуту выйдут, пойду уточню, – Марк сунул мне букет для Даши, и я ухватила его удобнее, боясь выронить, потому что стоять с двумя охапками роз да еще и на шпильках тяжеловато.
Хлопнула дверь, когда Марк вышел в коридор ведущий к лестнице, и мы остались вдвоем.
Тишина зазвенела, загустела атмосфера, стало трудно дышать.
– Как так вышло, что Марк женился на Даше, а не на тебе? – Суворов просто спец задавать трудные вопросы, на которые я не хочу отвечать.
– Они любят друг друга, – обернулась к мужчине из прошлого стараясь держать эмоции под контролем и хотя бы не теряться в его присутствии. Начнем с малого. – И они очень красивая пара, если ты не замечал…
– Красивая пара, – цинично ухмыльнулся, а потом тут же отвел взгляд, возвращая на лицо непроницаемое выражение. – Что с ребенком?
– Каким ребенком? – не опускай головы! Не отводи глаза! Стой ровно и выдерживай его прямой немигающий взгляд. Ты обязана Ира!
Острый, как прикосновение лазера, взгляд заскользил по моей фигуре вниз замер на животе, и Суворов красноречиво поднял глаза на меня.
– Тем, которого ты носила под сердцем, – произнес с хрипотцой, и я ощутила, как внутри тяжелеет ком, распирающий грудь до боли. Он медленно рос и поднимался к горлу, чтобы там и остаться. – Полагаю ты рассказала о нем Марку?
– Да, рассказала, – приподняла подбородок, готовясь защищаться от новых нападок Суворова, но он не спешил, медленно и методично втыкая мне под ногти ментальные иголки упреков.
– Ты сделала аборт?
– Нет, не сделала! – огрызнулась, машинально стискивая букеты как щит. Карие глаза сверкнули недобрым блеском. Суворов шагнул ко мне, я машинально отступила, прилагая неимоверные усилия чтобы не выдать мандража, завладевшего всем телом. – Помнится я просила тебя ко мне не приближаться, так в чем дело?
Суворов стиснул челюсть и уже готов был ответить мне не менее резко, но двери холла распахнулись и с улицы вошел отец Даши в сопровождении Иваныча.
– Ну что, все в сборе? – Суворов-старший глянул на разъяренных нас, но сделал вид, что ничего из ряда вон не случилось, спасибо ему за проницательность.
Из соседних дверей вышел Марк и помаячил нам, чтобы шли за ним, я повернулась к Пашке, одними глазами предостерегая его от незапланированных взрывов темперамента, и тот удержал мой взгляд на секунду, а потом отвернулся и шагнул в сторону коридора.
