– Я взял на себя смелость пригласить вас с Иван Иванычем к нам на ужин. Мяска пожарим, в баньку сходим, посидим у костра вечером. Отказы, разумеется, не принимаются, – ошарашил меня Суворов, и я даже на секунду потеряла дар речи. – В эту субботу приезжайте к нам часиков в шесть вечера. Дарья с Темкой тоже будут, поэтому вы Ир можете взять с собой дочь…
Это звучало так странно, как если бы он говорил на французском, и я растерялась, пытаясь найти хотя бы одну отмазку, но достаточно вескую, чтобы не идти. Но ничего в голову не приходило.
– Ира будет, куда денется, – Марк хлопнул меня по плечу и сжал, красноречиво глядя в глаза. Теперь и он включился в эту игру… Кремлёвы – предатели!
– Не могу обещать, вы же знаете, малыши дело непредсказуемое. Вдруг Карина раскапризничается, зубки будут беспокоить и все такое…
Растерянно улыбнулась, украдкой косясь на Пашку, который вроде бы равнодушно курил и не вслушивался, но что-то в его облике подсказало – он не так спокоен, как кажется.
– Но мы вас ждем! – подытожил Олег Геннадьевич и я улыбнулась ему и торопливо зашагала к такси, надеясь, что эта абсурдная идея с посиделками так же быстро забудется. Наивная.
Вошла в квартиру, тихо открыв дверь ключом, и прислушалась к звукам, доносящимся из гостиной. Валя негромко напевала, и в унисон ее ласковому тембру, агукала моя малышка. Сердце сжалось.
На цыпочках прошла на голоса, и замерла в дверях, умиляясь представшей перед глазами картине. Кариша лежит на коленях у Вали ножками к животу подруги и не отрываясь смотрит на мою Валюшку, ловя каждое ее слово. Маленькое личико лучится от счастья, ротик складывается в такт словам, Кариша разговаривает с ней на своем языке и улыбается.
Голосок моей крошки такой сладкий будто ангельский, так и хочется его слушать и слушать, но мое появление прерывает идиллию и девочки переводят на меня взгляд. Карина взвизгивает и начинает крутиться на коленях, Валя обхватывает маю непоседу и поднимает на руки, вставая с дивана.
– Ну как выписка? – Вале едва удается удержать Каришу, и подруга сдается и передает дочку мне. Та, как приклеенная, повисает на моей шее и визжит от восторга.
– Хорошо прошла, Пашка Суворов приезжал…
Подруга застывает и напрягается, ей не надо говорить, о ком речь. Она прекрасно знает, кто отец Кариши.
– И?
– И Дашка в курсе, чья Кариша дочь. Видимо Марк все же рассказал, – устало вздыхаю, и прохожу в кухню, укладывая дочь на дно манежика. Подхожу к раковине, мою руки в полной тишине. Валя вопросов не задает, молчит, видимо анализирует сказанное мной, а я собираюсь с мыслями.
– А Пашка в курсе?
– Не думаю… – тщательно вытираю руки полотенцем. Слишком тщательно. – Он даже не знал, что я родила, пока мы не поговорили, но как-то скомкано вышло. Еще этот Иваныч привязался…
– Опять он? – Валя вздыхает и сердито хмурится. – До чего надоедливый черт!
Понимаю ее, но молчу. Иваныч и правда все границы переходит будто в упор не замечает мою холодность. А может измором берет?
– Моя машина сломалась, и этот, как назло, приехал с цветами, – забыла их, кстати, и даже уже не помню, где. В роддоме или в машине Геннадича. Да и фиг с ними. – Предложил подвести, я согласилась, а он как специально вышел к мужикам и ко мне на «ты» демонстративно так!
Бесит! Теперь Пашка будет думать, что я по рукам хожу. Хотя какая мне к черту разница, что подумает Суворов? Что за бредовые мысли?
– Ну он территорию видимо метил, увидел конкурента в лице Суворова, вот и подумал, что уведут. Ему соперники ни к чему, он ведь продует по характеристикам, – Валя с иронией подытожила, и я невольно улыбнулась.
– Кому продует? Пашке? – перед глазами все еще стоял образ изменившегося Суворова, и грудь наполнялась свинцом.
– Обоим, Ир. Там, по-моему, и Геннадич посимпотнее этого Иваныча выглядит.
Мы рассмеялись и напряжение понемногу спало, оставляя привкус задумчивости в наших мыслях.
– Суворов меня пригласил в эту субботу в гости.
– Пашка? – Валя удивленно на меня посмотрела, и я помотала головой.
– Олег Геннадьевич. Он сказал мол баня, шашлыки, посиделки у костра. Даша с Марком придут.
– Так, в чем проблема, иди!
– Он и Иваныча позвал туда…
Воцарилась гробовая тишина, только в моей голове мелькали эпитеты, которыми хотелось наградить пронырливого ухажера. Кариша возилась в манеже, жуя резиновую корову.
– Если ты не пойдешь, это будет выглядеть как бегство от Пашки, – Валя задумчиво говорила, глядя в пространство перед собой, и будто не мне отвечала, а у себя в голове вела монолог. – Если пойдешь, будет выглядеть что ты подружка Иваныча и все домыслы о ваших отношениях подтвердятся совместным появлением у Суворовых.
Это я и без нее понимала, и склонялась к тому, чтобы не идти туда. Но и Олега Геннадьевича не хотелось обижать. Как бы там ни было, я искренне его уважала, такой типаж мужчин внушал трепет по умолчанию. Хотелось им угождать. А может все дело в этой Суворовской ауре…
