В ту ночь никто из моих воинов, выставленных для охраны лагеря, не получил обморожения, потому что я часто менял их, а тех, кто были расставлены вокруг лагеря, возвращал, чтобы могли отогреться в лошадиных стойлах. Однако лошади так же страдали от голода и я велел, чтобы к утру им скормили последнюю порцию «навалэ» (комок из теста, приготовленный в качестве корма для животных) чтобы можно было двигаться дальше. Мои воины так и не смогли получить необходимый отдых из-за сильного холода, и я подумал, что если мы проведем еще одни сутки, подобные минувшим, на такой же стоянке, — я потеряю своих воинов и лошадей и все войско неминуемо погибнет.
Всю ту ночь меня терзала мысль о том, что я, наверное, все еще не имею достаточных способностей для командования войском, ибо будь я достойным полководцем, должен был бы знать, что в зимний период не осуществляют переброску войска в странах с холодным климатом, при этом у меня не было прошлого опыта боевых походов в условиях холодных широт. Я полагал, что прикаспийские и кипчакские степи такие же как и степи в Мавераннахре, Хорасане и Рее, и не знал, что зимой в них настолько холодно, что если приложить руку к какому-либо металлическому предмету, она мгновенно примерзнет к нему.
Будь я достаточно опытен, не пытался бы зимней порой идти походом в страну кипчаков, мне следовало дождаться теплого сезона. Даже если моему сыну и грозила опасность, я не должен был ради него подвергать опасности еще одно войско, ибо оно в этом случае погибло бы так и не сумев выручить моего сына.
В ту долгую ночь, когда казалось, что утро никогда не наступит, я несколько раз выходил из шатра, заглядывал в различные уголки лагеря, лошадиные стойла, однако не было охоты разговаривать с кем-либо и я знал, что все остальные чувствуют то же самое, что и я. После того как снег перестал идти и рассеялись облака, я обратил взор на звезду Джади
Великий ужас охватил нас и я полагавший, что ничего не боюсь, настолько испугался, что не мог скрыть свое состояние. Военачальники вопрошали: «О, эмир, что же теперь будет?» Я ответил: «Теперь, когда обстоятельства не поддаются нашему повелению, произойдет то, чего пожелает всемогущий Господь». Мы все знали, что если солнце взойдет не с востока, а с любой другой стороны, это должно означать наступление конца света, и что нужно готовиться давать отчет о своих деяниях и поступках. Однако вопреки нашим ожиданиям, солнце не появлялось и конец света не наступал, рассвет пропал и снова на небе воцарился мрак. И я понял, что то, что я принял за восход солнца с севера, на деле является мнимой предутренней зарей, а позднее мне разъяснили, что на земле кипчаков и в странах, расположенных еще севернее, такая мнимая предутренняя заря часто появляется и светится в северной части неба.
После того как исчезла мнимая предутренняя заря, я вернулся в свой шатер, однако не мог уснуть из-за холода и охватившего меня возбуждения. Иногда думалось, не лучше ли нам вернуться в рощу, в которой мы делали привал в прошлую ночь, там по крайней мере не пришлось бы беспокоиться о топливе.