А мне было все равно. Со мной что-то творилось, но что, понять я не могла. Мне едва хватило сил на прощание с королевской свахой и на то, чтобы покинуть гостиную не вприпрыжку. И Анни не дала ни шанса на разговор, мечтая поскорее очутиться в своих покоях.
А там меня ждал сюрприз. В лице двух замечательных людей, но не очень желанных сегодня.
– Леди Айрис, птичка моя, на тебе лица нет! – отбросив этикет, встревоженно воскликнула леди Альеси.
– Выглядишь так, словно лошадка на тебе каталась, – неудачно пошутил лорд Массимо, за что тут же удостоился двух гневных взглядов. От меня и от жены.
– Милый, – предупреждающе проворковала леди Треверсон, – не мог бы немного помолчать?
– Добрый вечер, леди Альеси, лорд Массимо. Простите, но у меня нет сил выбирать платье на завтра. Я так устала, что не могу думать ни о чем, кроме постели.
– Дорогая, – всплеснула руками модистка, – присаживайся скорее. Может, стоит позвать лекаря?
– Я быстро сбегаю, – отозвалась Мирта, которую я даже не заметила.
– Не нужно, – покачала головой, – но, если это возможно, хотела бы, чтобы вы сами выбрали мне наряд. Я доверяю вашему вкусу.
После этих слов кутюрье и модистка буквально расцвели.
– О, ты не пожалеешь, куколка!
– Мы сотворим тебе восхитительное платье, будь уверена.
– Пойдем, дорогая. Нашей ласточке нужно набраться сил и как следует отдохнуть.
– Благодарю, – устало улыбнулась, понимая, что попрала правила хорошего тона.
Но я действительно была без сил и уже не представляла, как разденусь и доползу до кровати.
Хорошо, у меня Мирта есть, без нее бы не справилась.
– Не волнуйся, девочка, мы не обиделись, – обнимая меня, прошептала леди Альеси. – Выспись хорошенько, ты нужна нам цветущей розой.
– Спасибо, – пробормотала, радуясь, что чета Треверсон благосклонно ко мне отнеслась.
Плохо помнила момент, когда моя голова коснулась подушки, но в памяти прекрасно отложилось все, что мне снилось.
Во сне меня истязали. Нещадно лупили по пальцам, заставляя правильно выводить буквы. Били по спине, когда считали, что я сижу согнувшись. Досталось и ногам, потому что леди не должна подгибать их во время сидения за столом.
Дребезжащий женский голос мучил меня, раз за разом повторяя, чего я не должна делать и что должна. Критиковали за все: за поворот головы, пожимание плечами, походку и манеру еды. По мнению старухи, я не справлялась ни с чем, и снова и снова получала тонкой деревянной палкой.
– Айрис, девочка, очнись же! Айрис…
Я распахнула глаза и мутным взглядом уставилась перед собой. Секунды хватило, чтобы понять, что меня держит на руках принц.
– Умничка, Айрис. Это был кошмар. Просто кошмар, и он закончился.
– Что вы тут делаете? – спросила хрипло.
Мой голос испугал меня. Такой обычно бывает после долгих и громких рыданий.
– Я позвала. – Нянюшка подлетела ближе, давая себя увидеть.
Тусклый свет в спальне не позволял рассмотреть призрак, но мне и не требовалось – это точно была она.
– Ты кричала во сне и просила прекратить тебя мучить. А твой дар… он вдруг стал густым и будто туманом окутал всю комнату. Я не знала, что делать, и обратилась за помощью к его высочеству.
– Что тебе снилось, Айрис? – тихо спросил принц, и не думая выпускать меня из рук.
А мне и не хотелось вырываться. Стойкое ощущение, что он защитит меня, заставляло не думать о том, как неправильно мы поступаем, забыть обо всем на свете и сильнее прижиматься к нему в поисках тепла.
– Боги, как же я замерзла, – выдохнула и спрятала лицо на груди Дерека.
Сквозь ткань рубашки ощущала жар его тела и бешеный стук сердца, будто за ним гналась стая собак.
Его высочество бережно закутал меня в одеяло.
– Меня били, сильно били… – призналась. – Деревянной палкой. Я не защищалась, только просила, чтобы меня пощадили, а она все била и била…
Меня кинуло в дрожь, будто ощущала все заново.
– Деревянной палкой? – глухо спросила нянюшка. – Айрис, ты можешь ее описать? И еще что-нибудь. Пожалуйста, это важно.
– Леди Гортензия, – рыкнул Дерек, – Айрис нужно успокоиться, а не переживать кошмар снова.
– Не ругайтесь, – жалобно попросила и зажмурилась. Возвращаться в тот ужас, что мне снился, не хотелось, но если няня просит, значит, это действительно необходимо. – Палка гладкая, тонкая и длинная, на ней кровавые завитушки. Моя кровь, да, она била до крови.
– До крови?
– А старуха… ее лицо все время ускользало. Но голос противный, высокий, дребезжащий.
Меня передернуло от отвращения.
– Нянюшка, ты ее знаешь?
– Не уверена, – леди Тирна запнулась, и я сообразила, что она не хочет говорить при Дереке.
Я уважала желание няни, а потому не стала настаивать и показывать, что заметила заминку.
– Во сне я уязвима. А что если кошмары продолжатся, и моя магия сотворит нечто плохое?
– Ничего не будет, – опроверг мои опасения принц. – Не думай об этом, постарайся уснуть. Я не уйду, пока ты не уснешь.
– Но…
– Мне плевать на этикет и прочую чепуху, Айрис, Мне важна ты. Так что закрывай глаза и постарайся расслабиться. Я не причиню вреда и не перейду допустимых границ.
