– Брат мой, ты не узнал меня, что ли? – с толикой наигранности ответил лорд и взял булочку с сыром. – Вроде смотрелся с утра в зеркало, не заметил сильных изменений, может, постарел только чуток.
– Но как такое может быть? Если ты жив, кого же мы тогда похоронили?
– Меня, – с довольной ухмылкой произнес Гордон и сделал глоток отвара.
– Но… – Тибальту срочно требовались разъяснения, а его двоюродный брат не торопился давать их.
– Давай после завтрака? Не при милых же дамах такое обсуждать, – брюнет подмигнул мне и откусил от очередной булочки.
Несостоявшийся хозяин замка едва заметно кивнул, но к еде так и не притронулся. По его лицу было видно, что он не особо рад восстанию из мертвых Гордона. Во-первых, ему теперь следовало расстаться с мечтой об огромном наследстве, а во-вторых, вернуть как-то потраченные деньги, а сумма, скорее всего, была большой. Глория постепенно собиралась с мыслями: перестала изумленно хлопать длинными накрашенными ресницами, и на ее губах появилась улыбка, но модница так и не вымолвила ни слова на протяжении всего завтрака, после которого мужчины надолго закрылись в рабочем кабинете. А Аннет так и сидела с задумчивым видом, когда я встала из-за стола и направилась собирать вещи.
С возвращением хозяина занимаемой мною комнаты ее следовало освободить. Рано или поздно это произошло бы, не жить же ему вечно в пещерах без удобств, будучи владельцем такого шикарного замка. Мне подготовили соседнюю с Гордоном комнату. Она была гораздо меньших размеров и выполнена в оранжево-белых тонах. Казалось, в ней поселилось само солнце.
Я окинула печальным взглядом спальню, проверила, не забыла ли чего. Открылась дверь, и в комнату вошел Гордон.
– Чего такая грустная? Словно переезжаешь не в соседнюю комнату, а в другую империю, – он подошел ко мне и положил руки на плечи.
– Не знаю, как пережить расставание с твоей купелью. Она мне очень понравилась, – перевела все в шутку.
– Можешь пользоваться ей хоть каждый день.
– Пожалуй, как-нибудь воспользуюсь таким щедрым предложением.
– Домье обещал прислать со дня на день несколько своих людей. Двоих размещу у твоей комнаты.
– Боишься, может повториться нападение? – мой пульс сильно участился, а дыхание стало сбивчивым.
– Лучше перестраховаться. Точно все в порядке? – он прошелся по мне пристальным взглядом.
– Да, конечно, – быстро закивала, стараясь не выдать свою печаль.
– Прости, но меня в кабинете дожидается Тибальт.
– Как он отреагировал на твое воскрешение?
– Думаю, ты и сама видела, что не очень радостно. Потратил братец, конечно, прилично денег за время моей «смерти», но клянется вернуть все до гроша в течение года. Глория сторонится меня и искоса смотрит, словно не верит, что я – это я. А Аннет злится, что не предупредил ее заранее. Она такая ворчливая стала… Не пора ли ей замуж? Будет хоть занята, – его взгляд сосредоточился на моих губах, а в глазах полыхнул знакомый огонь. Быстро склонившись, едва ощутимо поцеловал и вышел из комнаты.
После возвращения Гордона время потекло неумолимо быстро. Первым делом лорд вернул экономку, прослужившую верой и правдой их семье не один год. Элизабет оказалась очень приятной женщиной в отличие от Лорены, исчезнувшей вслед за Тибальтом. Гордон просил его задержаться на пару дней и рассказать обо всем, что случилось за последние два месяца, но тот умчался прочь на следующий же день под предлогом неотложных дел в его родовом имении. И это весьма походило на побег. Глория после «беседы» с братом стала тише воды ниже травы и сняла наконец-то нелепые наряды и цокающие по мраморному полу высоченные каблуки. Из-под толстенного слоя макияжа, который она носила, показалось красивое молоденькое личико. Приутихла и Аннет, услышав угрозу брата немедленно выдать ее замуж, если та не успокоится. Однако девушка бдеть за нами не перестала – это было видно по ее пронзительному взгляду, когда мы сидели рядом в столовой.
В течение дня я практически не виделась с Гордоном, лишь за завтраком и изредка за обедом. Он стал пропадать в своем кабинете, занимаясь накопившимися делами, с которыми Тибальт не успел разобраться или попросту запустил. Несмотря на недовольство брюнета, я менее чем через неделю вернулась к тренировкам, надеясь, что они спасут меня от возникшей бессонницы. Сам же Гордон лишь раз вырвался прокатиться со мной на драконе. Но даже после изнурительных полетов я не забывалась крепким сном и мучилась до рассвета. А сколько раз хотелось постучаться в соседнюю дверь, завидев под ней тонкую полоску света, зайти в гости под любым предлогом! Но не решалась.
Смарагд видел, что я не в духе, не лез с расспросами и всячески подбадривал, устраивая чуть ли не каждый день после полетов купания в термальных источниках. И я была ему за это безмерно благодарна, однако мысли о поисках каменного цветка не оставила. Но дракон, сколько бы его ни умоляла, не поддавался моим уговорам.
