– Какое там разыгрывали! Думал, он меня на части порвет, когда увидел на опушке. В пещеру есть несколько ходов. Я до нашей размолвки редко пользовался тем же, что и Смарагд, а после нее и вовсе перестал. Кстати, до тех пор, пока ты не свела нас на поляне, он мне каждую ночь устраивал народные гулянья и не давал спать.
– Что он делал? – я облокотилась о матрас и подперла ладонью голову.
– Рычал грозно, ревел, а потом достал откуда-то металлическое ведро и подкидывал его в воздухе. Правда, ловить забывал, – Гордон перевернул меня на спину и поцеловал, однако вскоре с тяжелым вздохом отстранился. – Если я сейчас не уйду, то останусь здесь до следующего утра.
– М-м-м… Звучит многообещающе, – на моих губах заиграла улыбка, и я потянулась за очередным поцелуем.
– Вика, мне правда пора, – в бархатистом голосе слышалось сожаление.
Несмотря на свои же слова, Гордон снова накрыл меня собой и заставил ненадолго позабыть обо всем. Ничего не существовало вокруг, кроме его сильных рук, ласкавших мое тело, и губ, разжигавших внутри огонь.
По окончании затянувшегося поцелуя я досадливо вздохнула и выпустила мужчину из объятий. Он поднялся и торопливо надел штаны. Одеяло съехало с моей груди, и я натянула его чуть ли не до подбородка, заметив темнеющий взгляд Гордона, подтянула под себя ноги, обвив их руками, и продолжила наблюдать за ним. Мне нравилось смотреть за игрой его мышц на спине, когда он нагнулся за рубашкой и неспешно вывернул рукава.
– Так что насчет моего портрета? – Гордон резко обернулся. Я смутилась, когда он подловил меня на разглядывании.
– А? Даже не знаю…
– Подумай хорошенько, – он оперся кулаками о матрас и оставил легкий поцелуй на кончике моего носа. – И помни, что ты мне обещала.
– Помню, – я выдавила улыбку, хотя сама начинала уже тосковать по нему, зная, что с секунды на секунду он оставит меня одну.
– До вечера, – после этих слов он вышел из комнаты, а я упала на мягкую перину и раскинула руки в стороны.
С минуты на минуту могла прийти Алиста. Мне следовало надеть пижаму, но не хотелось даже двигаться. Повалявшись немного, все же заставила себя подняться и скрыть следы еще одной бурной ночи.
До гонок их осталось всего тринадцать…
Время бежало с такой скоростью, что я начала умолять его остановиться хоть ненадолго, ведь после соревнований мне оставалось находиться в этом мире не так много дней. Смарагд стал неразговорчив, снова замкнулся в себе то ли из-за цветка, то ли из-за предстоящих гонок, то ли из-за фермы… Но и мне было не по себе, поэтому мы не лезли друг к другу с расспросами. Тем не менее на тренировках дракон не щадил меня.
Я все же согласилась на предложение Гордона закончить его портрет, который очень быстро нашелся на чердаке. И, как выяснилось, спрятала туда его Аннет. Все вечера, казавшиеся теперь короткими, я проводила в комнате хозяина замка. Он подолгу позировал, но, когда ему это наскучивало, мы перемещались в спальню, где предавались не только любви, но и разговаривали о моем мире… Однако никто из нас никогда не заводил речи о будущем, словно у нас его и быть не могло.
За три дня до гонок вернулся Тибальт. У него с Гордоном состоялась долгая беседа за закрытыми дверями, после которой мужчины, похоже, пришли к взаимопониманию, но меня тяготило присутствие моего похитителя в замке. И мысль, что он причастен к попытке убийства молодого лорда, не отпускала.
И подслушанная ненароком фраза лишь убедила в этом. Я возвращалась от Вивьен, когда до меня донесся обидчивый девичий шепот:
– …делала все, что ты мне говорил, а теперь вот, значит, как! – раздался стук каблучков, и я спешно спряталась за угол. Мимо меня прошел – конечно же! – Тибальт. А голос, вероятнее всего, принадлежал Глории.
Вечером, когда встретилась с кареглазым брюнетом, решила поднять еще один вопрос, не дававший мне уже долгое время покоя:
– Гордон, из-за чего ты поругался с Тибальтом перед нападением?
– Никак не можешь выбросить из головы эту историю? – он печально усмехнулся и сомкнул руки на моем животе. Едва раздалось мое тихое «нет», любимый продолжил: – Как-то накануне вечером я с сестрами сидел в столовой и пил отвар, когда Глория обронила, что наверняка выйдет замуж раньше своей старшей сестры, которой буквально на днях я стал подыскивать жениха. И как думаешь, кого моя младшая сестренка прочила на роль своего будущего мужа?
– Тибальта?
– В точку! Ты не представляешь, в какую я впал ярость, когда узнал, что моему двоюродному брату удалось расположить к себе Глорию. Я предположил, что он всячески пытался совратить Глорию. Едва кузен появился в замке, я выставил его прочь, сказав, чтобы ноги его больше здесь не было.
– Странно… Что-то я не заметила симпатии со стороны Тибальта по отношению к твоей сестре, а вот с ее стороны это очевидно. Может, она солгала?
