Явно не из профессионалов. Просто дали задание проследить за человеком по фамилии Жигулёв и довести до означенного места.
В любом случае, лучше не рисковать. Я вышел из метро, купил газету в ларьке, посмотрел по сторонам. Свернул в переулок, прижался к стене и закурил, делая вид, что просто жду кого-то.
Синие точки на руке… «Один в четырёх стенах». Значит, отсидел. Но за что? И главное — зачем теперь мне в хвост встал?
Я глубоко затянулся, будто дым мог прояснить мысли. Может, это старые долги напомнили о себе? Или кто-то решил, что я что-то знаю? В моём деле лишние знания — как патроны в обойме: рано или поздно кто-нибудь решит их выпустить.
Мой хвост замер у желтой бочки с пивом. Мужчина средних лет, руки в карманах. Вид — будто вышел за хлебом, а не следит за кем-то. Но взгляд… Ещё в метро я чувствовал, что его взгляд цеплялся за меня, как крючок.
Я потушил окурок и двинулся дальше, не спеша. Скоро Пятницкая, рюмочная, там людно, там повеселее.
Эх, как же всё-таки приятно идти по мостовой и спокойно скользить взглядом по обычным домам. Без навязчивой рекламы. Без зазывал, без листовок на земле. Просто идти по городу, где люди живут обычной жизнью, а не ориентируются на вечное потребление. Тут нет гонки за новыми телефонами, за крутыми машинами, за отдыхом заграницей. Тут проблемы меньше. Приземленнее.
Может поэтому москвичи идут вальяжно, а не своей извечно бегущей куда-то походкой.
Уже подойдя к рюмочной, я сделал пару кругов вокруг двориков, потом ускорился, оторвался и сбросил надоевший хвост. Уж что-что, а это я умею. Зайдя в один из подъездов стоящих рядом домов, быстро поднялся на последний этаж, где висел для вида пудовый замок. Открыть такой не представляло труда, а уж пробраться в другой подъезд по пыльному пространству под крышей вообще было легче лёгкого.
На моё счастье, замка в соседнем подъезде на люке вообще не было, поэтому я быстро спустился и начал наблюдать за происходящим в чуть приоткрытую дверь.
Потерявший меня «хвост» сначала дёрнулся в одну сторону, потом в другую. После чего перебежал дорогу и остановился у зеленоватого «Москвича-408», в котором сидело двое мужчин.
Хотел бы я услышать — о чём они говорили. Однако, можно предположить, что мой «хвост» сдал им с потрохами мой «телефонный» разговор. Почему я так предположил? Да потому, что они все трое вышли и отправились быстрой походкой к той самой рюмочной.
Один остался у входа, закурив сигарету, а двое других вошли внутрь.
Засада? Вот как…
Ну что же, зато я узнал, что это не милиция. Скорее всего из банды Ашота Кантарии. Наверное, вычислили меня по данным из милиции. Кто-то там меня слил… Слил оставшимся на свободе.
И теперь меня будут настойчиво упрашивать не сажать молодых и красивых, но ошибочно вступивших на преступный путь. Если не соглашусь, то меня могут и увести куда-нибудь в багажнике «Москвича».
Другого варианта я не вижу. Вряд ли эти молодцы прибыли сюда для торжественного провозглашения меня новым боссом банды…
Ну что же, если вы хотите играть по-плохому, да ещё и так неспортивно, то и мне придётся задействовать некоторые рычаги влияния!
Я осторожно покинул свой пост и завернул за угол. Ага, вот и телефон. Всего два звонка. Два звонка, которые обошлись мне в четыре копейки. Если снова вызывать одну милицию, то вряд ли дело продвинется дальше. Поэтому пришлось задействовать ещё кое-кого…
Примерное время было прикинуто. Примерно подождал пять минут и решил действовать.
Ну и что, что их трое? За моей спиной встанет советское общество, чуть одурманенное водкой и желанием кому-нибудь расквасить хореографию.
Стоящий на пороге наблюдатель залюбовался на проходящих мимо девушек в лёгких платьицах и не увидел, как я подошёл с подветренной стороны. И тем более не увидел, как я подобрал с земли валяющийся камень.
— Простите, не подскажете, как пройти в местную библиотеку? — пробормотал я, улыбаясь во весь рот.
— Чо? — заморгал стоящий. — Это ты… Чо?
В его глазах было узнавание. По всей видимости, у них было моё фото. Ну что же, тогда это упрощает ситуацию. Значит, точно милиция!
— Хрен в очо! — крикнул я и точным ударом в челюсть направил его внутрь рюмочной.
Так влетают в американский салун плохие парни, которых сбивает с ног благородный шериф. Он пролетел все четыре ступеньки, а после шмякнулся о пол, сбив по пути «культурно отдыхающих людей».
Я влетел следом и, не дав публике опомниться от шока, заорал, показывая пальцем на застывших ребят из слежки:
— Вот они! Американские шпионы! Держите их, граждане! Я из милиции!
В довершении всего я махнул пропуском с завода. А что? Тоже красные корочки… Кто же их в полупьяном сумраке будет рассматривать?
Люди заворчали, развернулись. Один из ребят выхватил пистолет и этим самым подтвердил мои слова.
— А ну стоять! Кто первым дёрнется, того…
Блямс!
Опустившаяся на голову пивная кружка разлетелась красивыми осколками. Пивные хлопья полетели в разные стороны. Второй дёрнулся было к выходу, но я его встретил хорошим крюком справа.
Ой, блин! Совсем забыл про больную руку!
