– Стражи уважаемы среди гномов всех каст… И некоторых бескастовых. Но в особенности – в Мёртвом Легионе, – я толкнул дверь, ведущую на лестницу вниз, в Алмазные залы. – Думаю, если они разделяют мнение того капитана, а они наверняка разделяют, то пойдут за Орденом и так – они ненавидят Совет и порождения тьмы, как и любые гномы, но не пассивно, а прикладывая определённые усилия к их уничтожению.
– Их? – заинтересовался Давет.
– Да… Только до советников они почти никогда не дотягиваются. И хватит об этом.
– А разве это не вредно? Вдыхать воздух рядом с лавой? – сменила тему Морриган, с интересом выглянув в прорубленное в толще камня окно, из которого открывался великолепный вид на потоки расплавленной породы.
– Пока не начнётся дождь, не слишком – щит Ветра вполне защитит… Да и гномы поживучей людей, – я равнодушно пожал плечами, старательно сканируя снующих вокруг гномов и составляя усреднённую карту их души. – А дождей здесь не бывает.
– Должно быть, этот город будет очень удобно поджечь, – проронил Стэн, открывая двери на Алмазный проспект, ведущий к главным административным строениям Орзамара: чертогам Хранителей, Залу Совета, королевскому дворцу и резиденциям знатнейших Домов.
– Ты даже не представляешь, насколько прав, – я усмехнулся, глядя на стоящих через каждые сто метров големов – в них явственно виделось сияние душ, пусть и почти лишенных разума. – Эти потоки здесь не для красоты: в случае нужды они затопят ту часть Глубинных Троп, что ведут в Орзамар… А ещё туда можно скинуть тех, кто идёт по переходам между Залами, если порождения прорвутся внутрь. Естественно, для этого должны пасть Мёртвый Легион, все осадные двери и изрядная часть касты Воинов, но это событие вполне может произойти даже без Архидемонов.
– Откуда ты это знаешь? – Стэн посмотрел на меня с нескрываемым интересом. – Ты почти всю жизнь провёл в Башне Круга, но, куда ни пойди, знаешь всё и обо всём. Как так?
– Я библиотекарь, – я с удивлением заметил промелькнувшую нотку ностальгии по огромным залам, наполненным стеллажами с книгами – мудрыми и не очень. – Знать многое, восстанавливать утраченное, консультировать ищущих знаний – всё это было моими обязанностями. А ещё у меня есть друзья, которые порой рассказывают мне, что происходит в мире – они не связаны Кругом и свободно путешествуют по Тедасу… Пусть и встречаемся мы несколько реже, чем мне бы хотелось.
– Кстати про «многое знать», – подала голос Шейла. – Эти големы – это действительно големы?
– Да, – просто ответил я. – Это големы, остатки легендарного Стального Легиона.
– Они каменные, – полуутвердительно поинтересовалась Шейла.
– Каменные, – с непроницаемым лицом ответил я.
– Но почему тогда?..
– Потому что гномы считают себя детьми Камня. А вас – своими изделиями, большая часть которых творится из металлов. Просто красивое название… – я прервался и посмотрел на неторопливо идущего к нам Хранителя.
– Куда ни пойдёшь, а сословия распознаешь без труда, – усмехнулась Морриган.
– Постарайся не убить его сразу, – хмыкнул я.
– Что? – Шейла приподняла каменную бровь и повернула голову ко мне.
– Приветствую тебя, чужеземец, – степенно проговорил гном, огладив заплетённую во множество тонких косичек бороду. – Видишь ли, я – Кердик Миратин, Хранитель и один из летописцев Орзамара. В том числе мы осуществляем управление Стальным Легионом… Тем, что от него осталось. Сколько ты хочешь за этого голема?
– Возмутительная наглость, – Шейла задумчиво сжала левую кисть в кулак и преувеличенно заинтересованно поднесла его к лицу, внимательно всматриваясь в трещины на камне. – Кажется, мозги прошлого человека, что хотел меня купить, всё ещё в моих трещинах.
– Говорящий голем?.. – поражённо пробормотал гном.
– Жезл управления сломан, если ты об этом, – я сложил руки на груди. – Шейла не может быть продана, даже если бы я этого хотел.
– Но ведь голем… Неуправляемый… Это может быть опасно… И очень интересно, конечно же! – всплеснул руками гном. – Он может помнить самого Каридина! И Великое Творение!
– Говоришь, в лаву можно сбросить прорвавшихся порождений? – с намёком спросила Шейла.
– Уважаемый Хранитель, тебе стоит покинуть нас – Шейла очень не любит, когда её считают вещью… – с доброжелательно улыбнулся я, всем телом излучая пожелания счастья и шагая мимо Кердика Миратина – память Усмирённого во многом напоминает книгу, которую можно усилием воли открыть на любой странице в любое время, а потому имя этого гнома я запомню надолго.
– Но ведь вы даже не выслушали моё предложение!.. – с запалом произнёс гном, догоняя нас. – Сто… Нет, двести золотых! Триста!
– Не интересует, – равнодушно отбрил я, с интересом всматриваясь в потоки Силы, что раскинулись в стороны от Шейлы, заставляя каменный монолит легко вибрировать.
– Триста двадцать! Триста двадцать три!.. – заискивающе протянул гном. – Больше у меня нет…
Я рывком остановился и повернулся к Хранителю.
– Нет. За всё золото мира – всё равно нет, – я внимательно посмотрел в глаза гнома и указал рукой на Шейлу. – Её хозяин – там.
