– Это была шутка? Про наброситься на вас? – с научным интересом спросил я Алистера, медленно поднимаясь с каменного пола. Возможности пораженного скверной организма поражают: полтора часа на холодных каменных плитах, укрытых сравнительно тонким плащом и одеждой, а у меня даже не затекло ничего, не говоря о переохлаждении. – Я не очень понимаю… Как это… Юмор.
– Не думаю, что Адам умеет шутить, – задумчиво ответил не представившийся воин, потирая подбородок. – Но про жор – точно не шутка, а потому тебе стоит поторопиться за стол. Кроме того, там сейчас твои товарищи…
– Кстати, а у тебя были видения? – не утерпел бывший храмовник. – У меня были ужасные видения после Посвящения.
– Да, было… Но я бы не назвал их ужасными, – я пожал плечами и заинтересованно принюхался к идущим от шатра ароматам. – Скорее печальными… Похоже на тоскливый вой, плач о безвозвратно ушедшем, но прекрасном далёке.
– Кхм… – Страж потёр подбородок. – Ну, видения у каждого свои, конечно… Но я никогда не слышал о таком.
– Да, пока не забыл, – встрепенулся Алистер. – После Посвящений мы вручаем каждому новичку вот это.
Храмовник достал из поясного кошеля серебряную цепочку с маленьким кругом, в центре которого была впаяна маленькая капсула, словно сияющая алым и чёрным. Не знаю, откуда пришло это ощущение, но я не сомневался, что для всех остальных жидкость в маленькой капсуле из морозного хрусталя – минерала, не уступающего по прочности и цене драконьей кости, добываемого гномами в Морозных горах – остаётся всего лишь полусвернувшейся на вид кровью.
– Мы выдаём такие амулеты всем новичкам. В нём заключена капля крови Архидемона, полученная из крови убитых тобой порождений тьмы, и твоя кровь, – Алистер на секунду отвёл взгляд. – Это помогает. Напоминает, ради чего… Всё. И о тех, кто ушел раньше.
Алистер помолчал секунду, явно вспоминая кого-то, и продолжил:
– Ещё Дункан говорил, что зайдёт за тобой, Айданом и Даветом перед тем, как идти к королю – он хочет вас видеть.
– Хорошо… Значит, отдыхать нужно быстро, верно?
Я упал за стол, поприветствовав братьев по Ордену, и начал поглощать всё, до чего мог дотянуться, впрочем, как и все сидящие за столом. Нет, это не недостаток воспитания, а последствия заражения: помимо перестройки организма, скверна стимулирует обмен веществ, что приводит к уменьшению воздействия на нас любых не магических ядов и части эликсиров, а также вошедшей в народный фольклор живучести и неутомимости.
Я заинтересованно отслеживал протекающие в теле процессы: пища неестественно быстро проходила по пищеварительной системе, распадаясь на полезные вещества и крайне быстро впитываясь, но не вызывая ощущения насыщения. Позднее я провёл интересный эксперимент, проглотив недельный паёк пехотинца, и придя к выводу, что насытиться Стражам не светит никогда… Зато и голод, и истощение, что магическое, что физическое, нам не слишком грозят: при недостатке пищи материальной мы начинаем подпитываться напрямую от скверны, как большинство порождений, что приводит к ускорению мутации, которую, тем не менее, можно будет обратить вспять… Пусть и нужно для этого быть весьма опытным магом крови. Хорошо, что у меня такой есть, хе-хе.
Возвращаясь же к изменениям Стражей вообще и меня конкретно, получив подпитку извне, скверна продолжила ударными темпами проводить перестройку и мне пришлось вмешаться в процесс магией крови – это лишь замедлит скорость переваривания чужой Силы, а не сведёт эффект от моей вылазки к нулю. Увы, мне далеко до тевинтерских магистров: от бледной кожи и потемневших ногтей, что со временем будут больше напоминать когти, а также своеобразного прикуса отвертеться не удалось, зато никаких огромных глаз навыкате у меня не будет, максимум белок и радужка почернеют. Кроме того, выросла плотность нервной ткани, увеличился вчетверо запас жизненной энергии, случайно погнутый кубок намекнул о возросшей силе, а кинжал из серого чугуна, которым я случайно порезался, продемонстрировал возросшую плотность кожи и регенерацию. Не удивительно, что с такими вводными Стражи прославились как сильнейшие индивидуальные бойцы, поспорить с которыми безуспешно пытались лишь орлесианские шевалье. Да и то… Отбери у них всё снаряжение и получишь лишь едва более грозного воина, чем обычный дружинник в схожих обстоятельствах, а Страж даже голым остаётся той ещё машиной смерти.
– Давет, Айдан, Дайлен, – раздался у меня за спиной голос Дункана. Интересно, ему правда доставляет такое удовольствие начинать говорить именно так? Или он что-то почуял и теперь пытается вывести одного неправильного Усмирённого на чистую воду? – Король желает видеть вас, следуйте за мной.
