Навряд ли Редклиф задумывался как место, в котором можно пережить нападение крупной шайки разбойников или отряда порождений тьмы: ни хоть сколько-то вразумительной внешней стены, ни разделения внутренней территории надёжными стенами, лишь чисто символический заборчик, да деревянные ворота – вот и все «укрепления» поселения. Определённая логика в этом есть: зачем дорогостоящие укрепления и многочисленная стража, когда рядом находится замок эрла и его дружина, могущая вкатать в пыль почти любую угрозу… Кроме большей армии, дракона и отряда с магической поддержкой пяти-шести чародеев, разве что. А такие «неприятности» никакие стены не задержат…
Но сейчас прагматичность сыграла с местными злую шутку, вынудив в спешке городить баррикады из всего, что только ни подвернётся под руку, и латать дыры в их заборчике… А наш проводник неожиданно оказался чем-то вроде гонца-адьютанта банна Теган. По крайней мере то, что он спокойно вёл в «штаб Сопротивления» отряд сомнительных головорезов, не вызвало удивления ни у кого и нас спокойно пропустили и через ворота, и по улицам. Или всему виной профессионализм обороняющихся? Сам «штаб» вполне логично находился в церкви – единственном достаточно большом каменном здании, сейчас пытающимся совмещать функции «дома Создателя», лавки целителя и убежища…
Правда, на что, кроме утешительных слов, рассчитывали раненые мне не совсем ясно: церковники, в большинстве своём, помогают «чужакам» очень редко и только по весомой причине, к которым смерть явно не относится. Нет, покормить попрошайку или усталого небогатого путника они вполне могут (хотя и весьма спорно, что кормящиеся таким образом нищие не платят церкви «налог» за свой «труд»), а вот припарку потратить – уже точно нет.
– Эээ, Томас, да? – «представил» нам нашего провожатого банн Теган. Чуть выше Алистера, плотного телосложения, лицо с претензией на благородство, возраст – где-то между тридцатью и сорока годами… Ближе к тридцати. – Кого же ты привёл? Могу поручиться, это не простые путники.
– Нееет, милорд, – протяжно ответил ополченец так, словно пытается продать собственноручно выращенный товар скептичному продавцу. – Они только что прибыли. Я решил, что вы захотите с ними встретиться.
– Молодец, Томас, – кивнул банн и вскинул руку в приветствии, принятом на юге. – Я – Теган, банн Редклифа и брат эрла.
– А я тебя помню, банн Теган, хотя в последнюю нашу встречу я был куда моложе и вдобавок… вывалялся в грязи, – со спокойной иронией поприветствовал старого знакомого храмовник.
– Вывалялся в грязи?.. Алистер? Неужели это ты? Живой! – непритворно обрадовался банн. – Вот уж поистине радостная весть!
– Да, живой… Но если Логейн узнает об этом, не факт, что всё останется, как есть.
– Да уж, Логейн пытается убедить нас, что Серые Стражи полегли под Остагаром вместе с моим племянником. И во многом другом…
– И о чём же ещё говорит Логейн? – заинтересовался Айдан.
– Хм, например, в том, что он организованно отступил, чтобы спасти своё войско, а Кайлан полез на рожон ради славы, забыв о своём народе, – полувопросительно сказал банн, внимательно глядя на наши лица… Ну, удачи ему: Стэну, мне и Морриган вовсе всё равно, Лелиана прекрасно владеет лицом, да и не было её там, Алистер и Айдан искренне желают герою Ферелдена где-нибудь потерять голову. То есть даже «если бы это было правдой», ничего бы он не узнал. – Логейн обвиняет Серых Стражей в предательстве и убийстве короля. Я в это не верю. Это… Конвульсии отчаяния. А кто ты?
– Айдан Кусланд, мы уже встречались…
– Сын Брайса? – удивлённо вскинул брови банн. – Рад снова вас видеть, милорд. До меня доходили жуткие и противоречивые слухи о том, что случилось в Хайевере. Примите мои соболезнования.
– Могу я встретиться с эрлом Эамоном? – на всякий случай поинтересовался аристократ.
– Боюсь, это не так легко… Мой брат серьёзно болен, кроме того остался в замке, из которого уже третий день лезет всякое…
– Что – всякое? – поинтересовался храмовник. – Порождения тьмы?
