Денис похлопывает Игоря по плечу и уходит, оставляя Грома переваривать эту информацию. Смотреть на печальный взгляд и жалость в этих глазах Титов не хочет — это больше, чем он может вынести.
Уже в доме Денис смотрит на Разумовского, свернувшегося в клубок на чужой постели, и думает, что, наверное, он тот ещё мудак, раз позволяет своей ревности напрочь убивать всякий здравый смысл.
По всей видимости, потому Игорь на Сергее так и зациклен — он всегда думает о себе в последнюю очередь, нет в нём эгоизма, и людей судить просто так — не в его правилах. Вот он, невинный такой, фиалка просто, в этом насквозь прогнившем мире.
Денис ведь понимает, что Разумовский на самом деле болен и что он себя, скорее всего, тогда не контролировал, но признаться в этом — значит выставить себя полным моральным уродом.
То, что Денис напоследок захотел поиграть в жизнь, никак не должно сказываться на других.
Игорь возвращается в комнату только через час. От него воняет сигаретами, и взгляд у него совершенно пустой.
— Денис… — тихо зовёт он, но в ответ — тишина.
Титов не готов сейчас разговаривать — и жалости, сочувствия он тоже не хочет: хватит ему сполна. Поэтому и притворяется, что спит.
Игорь, правда, не настаивает. Уходит.
Он поправляет Разумовскому одеяло и устраивается около его кровати, укладывая голову где-то у него в ногах. Ну, точно верная псина.
Впрочем, картина эта всё равно заставляет сердце болезненно сжиматься. Холодно ведь. Замёрзнет… Но к себе его звать Денис не станет — не выдержит просто. Пусть уж лучше так.
Серёжа спит беспокойно. Брови его нахмурены, светлые ресницы дрожат. Он сжимает бледными пальцами одеяло и тихонько сопит.
А Игорь уснуть не может. Смотрит на спину Дениса, скрытую одеялом, и думает: как так вышло, что такой вот, весь полный жизни Титов так глупо умирает? А что, если врачи ошиблись? Что, если шансы всё же есть? Не может же всё быть вот так вот, несправедливо…
Зато теперь становится понятно, почему Денис его так активно отталкивал от себя. Почему ближе не подпускал. Игорь хотел хоть немного разобраться, а в итоге получил лишь ещё больше вопросов.
Серёжа беспокойно ёрзает и снова сжимает одеяло. Титов, напротив, не шевелится совсем. Как будто не дышит.
Игорь нежно проводит по бледным пальцам своими, осторожно поглаживает тыльную сторону ладони, и Серёжа расслабляется — даже морщинка между бровей разглаживается. Игорь тяжело вздыхает и поднимается на ноги: сегодня ему уже не уснуть, слишком много всего произошло. Слишком тяжело совладать с мыслями в голове.
Гром выходит на кухню в надежде заварить себе травяной гадости и хоть немного расслабиться, но там его встречает Юля.
Её волосы неаккуратно собраны в пучок на затылке, а сама она — в растянутой пайте и пижамных штанах. Но, когда видит Игоря, мягко улыбается.
— Тоже не спится?
Гром садится рядом и тяжело вздыхает.
— Уснёшь тут…
С такими событиями, и правда, бессонницу заработать легче лёгкого.
— Игорёк, ты себя не накручивай. Я понимаю, о чём ты думаешь, но я хочу, чтобы ты помнил: мы на твоей стороне.
Слышать это приятно, Игорь до сих пор иногда не верит, что ему так повезло в жизни и что он встретил таких верных друзей.
— Юль, я ведь не идиот и всё прекрасно понимаю, но и Серёжа… Он всего этого не заслужил. Я просто не хочу в очередной раз ошибиться, хочу разобраться во всём и понять, кто действительно стоит за всем этим. Легче всего повесить всё на Разумовского, и дело с концом, но я верю ему. Может быть, глупость совершаю, но верю.
Пчёлкина улыбается — светло так, понимающе, как умеет только она одна. Как жаль, что Игорь не смог её полюбить. Тогда всё было бы намного проще.
— Ты веришь ему, а я верю тебе, — отвечает девушка. — И поэтому мы это дело на полпути не бросим. Мы должны влезть в дом к товарищу участковому.
Игорь в Юле никогда не сомневался.
— И у тебя, конечно же, есть план?
Пчёлкина по-дьявольски сверкает глазами.
— Ещё бы.
Обычно Гром такие методы не одобряет, но сейчас это — вынужденная мера, от которой отказаться никак нельзя. Если будет нужно, Игорь этому стражу порядка дверь с петель вынесет. К тому же, с ним его друзья. Они обязательно со всем разберутся и в этот раз не допустят ошибок.
========== Взглянуть страхам в глаза ==========
Уснуть никому так и не удаётся.
Денис смотрит пустым взглядом в стену. Глаза сушит и жжёт от недосыпа, но провалиться в прекрасное бессознательное мешают не стихающие в голове мысли.
Он слушает, как тихо сопит Разумовский на соседней кровати и как он иногда вздрагивает, отчего старая кровать издаёт неприятный скрежет и скрип, — впрочем, Разумовскому это не мешает.
Денис слышит, как возвращается Игорь, как усаживается опять рядом с кроватью, ранее принадлежащей ему, и как тяжело вздыхает. Титов закусывает до боли губу, но молчит, виду не подаёт. И без того слишком много наговорил уже за этот день, большего не вывезет. Лучше уж так, с этой метафорической стеной между ними, — так лучше. Наверное. Денис хочет в это верить.