– Прекрасно понимаю, – холодно ответил тот и, поставив ногу в стремя, забрался на коня. – В верхней трубке свитка, который я вам передал, спрятана мэджукчам. Если снимете ее наконечник, то заметите смазанную ядом иглу. Так вам не придется проливать кровь. Будет лучше, если все произойдет этой ночью.
Не дожидаясь, пока советник придет в себя и ответит что-либо, воины развернули своих коней и умчались прочь. Их доспехи блестели чешуей в лунном свете, пока не слились с рваной полосой леса. Сидя на коленях, советник закричал на все поле, и этот крик напоминал рык раненого медведя. Он сгреб рукой промерзшую землю, пропустил ее через пальцы и сквозь зубы произнес:
– Я удержу свою власть любым путем.
Один из трех его друзей, с густой бородой и горбатым носом, слез с коня и осторожно поинтересовался:
– Что ты намерен делать?
– Император сейчас занят войной. Это к лучшему. Я пущу сплетню о пугающей силе Кан Сольджу и подстрою все так, будто люди взбунтовались против ее колдовства. А пока нужно спрятать Кан Сольджу. Когда все утихнет, я дам ей другое имя, женюсь на ней и разделаюсь с послом Нам Кибомом. Тэву, ты со мной? А остальные?
– Если мы поможем тебе избавиться от посла Нам Кибома и приведем тебя к власти, чем ты нам отплатишь? – спросил Тэву.
– Просите все, что хотите, но сначала скрепим клятву кровью, – кивнул советник и достал из-за пазухи кинжал. Сделав порез на ладони, он передал кинжал Тэву, и тот повторил за ним. Они скрепили сделку рукопожатием, и землю окропили несколько алых капель.
Резко стемнело, будто Минне в один миг надели мешок на голову. Затаив дыхание, она приготовилась к следующей сцене и через мгновение увидела, как в кромешной тьме ползла вереница золотых огоньков. Они двигались по голубому мосту, бросая алые отблески на перила, водную гладь озера и холм, на котором стоял дом семьи Кан. Это были деревенские люди с факелами. Впереди всех, шатаясь из стороны в сторону, вышагивал советник. Его лицо было измазано грязью, словно он изрядно повалялся на земле. В одной руке он держал бутылку, а в другой – тлеющий факел. В таком состоянии заговорщик шел от самой деревни, где услышал много мерзостей про Кан Сольджу и с горя напился. Особых усилий не потребовалось, чтобы настроить людей против дочери генерала Кана.
Встав посреди моста, советник бросил факел в воду и закричал:
– Кан Сольджу мудан[72]! Она переболела оспой, но как ей удалось выжить без единой язвы на лице? В нее вселился темный квисин! А как легко она околдовывает мужчин своей красотой! Я узнал, что сам наследный принц собирается свататься к ней! Если Кан Сольджу станет невестой будущего императора, мы все обречены на войны, болезни и смерть! Генерал Кан скрывал от нас это чудовище!
– Мне страшно, – прошептала какая-то женщина из толпы.
– Я знаю лекаря, который отказался лечить Кан Сольджу, – подтвердила молодая девушка. – Он говорил, что ее случай был очень тяжелым. Неужели она и впрямь мудан?
– Мы не позволим семье Кан и дальше проводить колдовские обряды! – нагнетал обстановку советник. – Этой ночью мы защитим наше государство от мудан!
Толпа подняла факелы и нескончаемой вереницей побрела по мосту за советником, отражаясь в поверхности озера черной жирной змеей. Ветер разносил их разъяренные возгласы по всей округе, разбудив даже спящие на воде кувшинки. Неподалеку, на берегу, наблюдали за происходящим Ван Хёль и Сухоран.
– Вы не хотите вмешаться? – спросил Ван Хёль, искоса посмотрев на Сухорана, будто пытался разглядеть ответ в его глазах, сверкающих из-под маски тигра.
– Нет, Ван Хёль, – твердо ответил пэкхо, не отрывая взгляда от моста. – Все идет своим чередом. Вижу, тебя ждет много работы. Сегодня умрет не один человек…
– Да уж, – согласился Ван Хёль. – А где Кан Сольджу?
– Она в доме, – сказал Сухоран. – Смертные окажут нам огромную услугу, если сами убьют ее. Главное, чтобы Кан Виён прожил немного дольше.
– Кан Виён тоже там?
– Нет, – покачал головой Сухоран. – Я видел, как он выходил из дома вместе со своей сестрой. Они оба были в накидках, а значит, планировали сбежать. Разыщем их позже и заберем всю его силу.
Внезапно вместо привычного погружения в темноту Минне в глаза ударил яркий свет желтых фонарей, подвешенных под крышей дома и освещающих внутренний двор. По территории носились испуганные служанки. Некоторые из них пытались подпереть ворота метлами и бочками. Когда из дома выбежала взволнованная Сольджу, девушки наперебой закричали ей:
– Они обезумели!
– Они хотят выломать ворота!
– Юная госпожа, возвращайтесь в дом!
Сольджу даже не успела спросить, что происходит, потому что ворота с грохотом распахнулись и во двор ввалилась толпа людей с факелами. Их лица были замотаны тряпками, а глаза блестели азартом. Во главе, размахивая мечом, бежал советник. От него разило алкоголем. Его мутный взгляд замер на Сольджу и плавно переместился на склады с припасами.
– Берите все что хотите! – прокричал он людям. – Я сам расправлюсь с этой мудан!
