– Как вы смеете врываться в наш дом? – ошарашенно спросила Сольджу. Но советник лишь громко рассмеялся и направился к ней. Когда одна из служанок преградила ему путь, он с размаху полоснул мечом по ее шее. Девушка упала замертво, а ее теплая кровь брызнула на лицо Сольджу.
Дочь генерала Кана вскрикнула от ужаса и дрожащими руками коснулась щек, стараясь не замечать алые разводы на пальцах. Минна тоже застыла в оцепенении и чуть не вскрикнула вместе с Сольджу, но вовремя зажала рот ладонью. Еще немного, и она бы выдала себя Сухорану и Ван Хёлю. Стараясь дышать глубже, Минна мысленно повторяла, что находится в иллюзии и все эти люди давно мертвы. Прежде ей доводилось видеть, как безжалостно сражались духи, но люди были ничуть не лучше.
Опомнившись, Сольджу быстро поднялась по лестнице и забежала в дом. Советник с наглой ухмылкой посмотрел ей вслед и оглянулся. Люди во дворе громили все, что попадалось им под руку. Они уносили через ворота еду, ткани и драгоценные вещи. Повсюду валялись трупы служанок с широко открытыми глазами, в которых отражалось пламя факелов. Трое друзей советника невозмутимо переступали через них, высматривая новых жертв.
– Разделайтесь со всеми, – обратился советник к друзьям, и его глаза вспыхнули безумием.
– Мы проникнем внутрь через задний двор, – ответил Тэву и вытер окровавленный меч о подол голубой накидки.
Советник кивнул, одобрив его решение, и стремительно прошел в дом. Преодолев длинный коридор, он рывком отодвинул бумажную дверь в комнату Сольджу и окинул взглядом красные стены. Его внимание сразу привлек чулан, куда вела черная дверца. За ней послышались тихие всхлипы, и советник, не раздумывая, срубил петли мечом. Дверца медленно упала на пол вместе с опершейся на нее Сольджу. Советник схватил девушку за волосы и грубо швырнул ее на пол. Сольджу упала на спину и ударилась головой о край длинного столика, но все еще оставалась в сознании.
– Я делаю тебе одолжение, – невозмутимо произнес советник и, склонившись над Сольджу, принялся развязывать пояс своего одеяния. – Мне приказали убить тебя, но я сделаю тебя своей.
– Ни за что… – прохрипела Сольджу, касаясь своего разбитого затылка.
– Мы поженимся позже, а пока… не бойся, больно не будет! – с мерзкой самоуверенной улыбкой произнес советник. Он всем телом навалился на Сольджу и принялся стягивать с нее платье. Девушка сопротивлялась, плакала, пихалась локтями, но советник крепко прижал ее руки к полу и жадно впился губами в ее губы. Внезапно перед глазами Минны мелькнуло несколько коротких сцен: вспотевшее красное лицо советника; его большая рука, зажимающая рот Янми, и слезы, бегущие по ее щекам; две тени, двигающиеся одновременно. Все это говорило о том, что советник обесчестил Сольджу, а вернее, несчастную Янми в облике ее госпожи. От одной этой мысли Минну затошнило, и она облокотилась о стену, чтобы не потерять сознание. Ей было настолько мерзко, что она буквально ощутила себя на месте той девушки, но голос советника заставил ее вынырнуть из марева ужаса.
– Я сказал, ты выйдешь за меня замуж! – прокричал советник и ударил Янми по лицу.
– Я скорее умру, чем стану вашей женой, – прошептала Янми и ответила ему плевком.
– Неблагодарная дрянь! – прокричал советник и достал из-за пояса штанов золотую мэджукчам с ядом. При виде нее Минна вздрогнула: эта шпилька напоминала ту, которую описывала Юри на своей свадьбе, и вряд ли где-то в мире можно было найти еще одну такую же.
Если бы все это не было видением, Минна бы схватила со стола вазу, ударила ей по голове советника и спасла Янми.
Советник сорвал зубами наконечник мэджукчам в форме лисьей головы и с силой вонзил толстую иглу в грудь Янми. От резкой боли девушка выпучила глаза, широко открыла рот и выгнула спину. Спустя секунду она перестала отбиваться от советника, раскинула руки и распласталась на полу, как небрежно брошенная тряпка. Советник ошарашенно посмотрел на нанесенную им рану, потом на свою трясущуюся руку, сжимавшую золотую меджукчам. В его глазах мелькнул страх, будто он держал не орудие убийства, а ядовитую змею. Издав истошный крик, он швырнул золотую меджукчам в дальний конец комнаты. Шпилька покатилась по полу и провалилась в щель между досками.
– Виён был прав, – задыхаясь, просипела Янми. – Вы грязь, прикрытая белоснежным шелком…
– Что ты там лепечешь? – скривив губы, спросил советник и поднялся с колен. Наспех завязав пояс своего одеяния, он не заметил, как толкнул ногой деревянный столик. Стоявшая на нем зажженная свеча бесшумно упала на пол и подпалила бумажную дверь. Не обратив внимания на запах гари, советник оставил Янми умирать на полу и быстрым шагом вышел из комнаты.
Когда стихли его тяжелые шаги, действие оборотного зелья закончилось и Янми приняла свой настоящий облик. Содрогаясь от боли, она кашляла не то из-за яда, поражающего ее органы, не то из-за дыма. Глядя на ее мучения, Минна хотела зажмуриться, но не сделала этого, потому что сцена явно шла к завершению. Однако декорации не поменялись, а дверцы окна неожиданно распахнулись.
