– Дан, познакомься, это… – сказала Тамар и зашлась своим уже привычным кашлем. Гостья развернулась к нам, посмотрела на нас с сожалением – из глаз Стоуна, похожих на глаза дохлой рыбы.
– Ой, Кармен, я и забыла, что ты болеешь. Я Сильвия, секретарша кафедры, – сказала она и снова обратилась к Тамар: – Когда ты позвонила сегодня и сказала, что заболела, я сказала себе: «Имеет право. Она уже несколько лет здесь, работает как лошадь, ни разу не брала больничный ни на день, пусть отдохнет маленько». Ну-ка, посмотрим, что стоит на нижней полке, что ты пытаешься скрыть от гостей, а?
– Здравствуйте, Сильвия. Приятно познакомиться, – сказал я.
Боюсь, что твоя кипучая энергия только приблизит кончину профессора. Такие движения – не для его тела.
Но Сильвия уже опустилась на колени и стала изучать нижнюю полку.
– Так много книг об отношениях, милочка, – это плохой знак, – сказала она голосом Стоуна. – Любовью надо заниматься, а не читать о ней. Такой красавице, как ты, – только надеть что-нибудь с небольшим вырезом и пойти на милую вечеринку. Но при этом осторожно, следи, чтобы тебе не подмешали снотворное в коктейль. Я отлично делаю коктейли, кстати. У меня книжка есть. Там все написано. Да ладно! «Монах, который продал свой „феррари“»?[33] Я не думала, что ты читаешь такое… А что это за черная книжка? Ой, мистика, да?
– Мм… Хотите что-нибудь выпить? – спросил я.
Сильвия повернулась ко мне.
– Правда, у тебя уже есть молодой человек! – радостно воскликнула она. – Хорошо, что вы здесь. Красивые скулы, кстати. Это много говорит о мужчине. Чем вы занимаетесь?
Тамар снова закашлялась. Совершенно ненужный overacting[34], если хотите знать мое мнение. Но Сильвия поняла это иначе. Она вскочила на ноги профессора Стоуна:
– Вот я дура! Приготовить тебе чаю, дорогуша? У меня есть особый рецепт чая с медом и имбирем, меня мама научила, все пройдет за три минуты. У тебя имбирь есть?
Тамар пожала плечами:
– Мм… я… точно не помню.
– Не важно, – замахала рукой Стоун-Сильвия, – я что-нибудь придумаю. А ты посиди тут с другом, я сейчас вернусь с чашкой чая, лучшей в твоей жизни. Если нет имбиря, то можно в мед добавить немного чеснока. Но у тебя наверняка есть имбирь. Я знаю тебя, тебе подходит имбирь.
Она развернулась и понеслась на кухню.
– Ты что, сдурел? – прошептала мне Тамар, когда Сильвия удалилась.
– Отлично кашляешь, – ответил я.
– Ты нарочно добиваешься моего провала? – негодовала она шепотом. – Я и так не уверена, что он верит, что я – это я.
– Ты не ты. Ты – она.
– Это я и имела в виду.
– Карменочка, где твои чайные чашки?! – закричала из кухни Сильвия. – Тут все только для вина или такие стаканы из толстого стекла. А! Нашла! Не важно!
– Послушай… – сказал я.
– Отлично! У тебя тут тростниковый сахар! – Голос Стоуна от удовольствия стал выше. – Я всегда говорю сыну: ты убиваешь себя этим белым сахаром. Сейчас будет чай, дорогая, а потом ты покажешь мне все в квартире, ладно?
– С удовольствием, – отозвалась Тамар и сказала мне: – Нет, это ты меня послушай…
– Нет-нет, правда, послушай меня ты…
– Не мешай мне, я…
– Я думаю, что они пытались убить Кармен, – сказал я.
У Тамар похолодели глаза.
– Что ты имеешь в виду? – не поняла она. – Ты это к чему вообще? С чего вдруг?
– В ее кабинете. На компьютере была открыта карта, а на ней была обозначена моя квартира. Она заранее знала, что собирается оказаться у меня после приступа.
– Она оказалась в моем теле, не в твоем.
– Я имел в виду, туда, где я живу. Они открыли, как прогнозировать приступы, как узнавать, куда ты обменяешься.
– Я читала об этом. Все утро, пока он не пришел, я изучала ее исследования, – сказала Тамар. – Они не доказали это. Это была теория, вокруг нее в прессе было много шума, но в конце концов они не опубликовали ничего…
– Не опубликовали, но открыли, – перебил я. – Думаю, что открыли.
– И что?
– Откуда снайпер знал, что ему надо быть там? – спросил я. – Ты говорила кому-нибудь, что собираешься ко мне?
Тамар пожала плечами:
– Нет. Может, он просто следил за мной.
– И успел расположиться в пустой квартире ровно напротив моего окна? Ему хватило времени для этого? – спросил я. – Нет, нет, нет. Он знал заранее.
– Откуда?
– Как и она знала заранее, – сказал я. – Это кто-то из ее коллектива или из людей, которые занимались вместе с ней этим исследованием. Кто-то решил избавиться от нее.
– Кто от кого решил избавиться?
Профессор Стоун стоял перед нами, в руке у него была чашка, от которой шел пар.
– От проекта, – мягким голосом сказала Тамар, – Дан опасается, что кто-то пытается избавиться от проекта. Теория приступов, он боится, что…
– Нет, это не то, что он сказал, – перебил Стоун и снова уселся перед нами. – Он сказал, что «кто-то решил избавиться от нее». От кого – от нее?
