Вид у Его Величества был очень грозный. Еще бы! Любимая дочь призналась в чтении и хранении порнографической литературы, да еще и публично. Какой удар по репутации! «Может быть, меня теперь замуж никто не возьмет? Если выживу после порки, конечно, – грустно усмехнулась я про себя. – Или императорская дочка в любом случае будет котироваться?»
– Лю Луань! – Это говорил не добрый отец, а взбешенный император. – Как ты посмела принести в мой дворец
Злополучная книжонка упала передо мной и раскрылась на картинке совокупляющихся мужчины и женщины. Краем глаза я заметила, как Вэй Лун чуть повернул голову, чтобы рассмотреть. Выражение его лица осталось нечитаемым. «А ведь его не было рядом, когда Лю Ифэй показывала мне книгу. Учитывая любовь к правилам и порядку, теперь он окончательно уверится, что я падшая женщина», – мелькнуло в голове.
– Вопрос с твоим замужеством придется решить как можно быстрее, – мрачно пообещал император с таким видом, словно собирался подобрать мне такого мужа, который сам по себе станет наказанием…
Я невольно поежилась. Но оказалось, что это еще не все.
– …Ты хоть понимаешь последствия своего поступка? Я приказал отвесить палок этой девице, а ты при всех взяла вину на себя! Ты понимаешь, что ты принцесса, а не деревенская девка? Нужно отвечать за свои слова. Как я буду выглядеть, если отменю наказание, узнав, что его заслужила моя дочь? – Он на мгновение замолчал, затем резко ударил раскрытой ладонью по сиденью. – Ты должна отвечать, когда я спрашиваю!
«Где тут вопрос?» – Я сжалась, не понимая, что от меня требуется.
Адреналин, на котором я шла спасать Мэйлин, испарился – остался только страх. Все-таки в глубине души была надежда, что меня, как дочь императора, избивать не станут.
Взгляд императора пронзал насквозь, его гнев чувствовался физически. Я пыталась собрать в кулак всю смелость, но как собрать то, чего нет?
– От… – Я запнулась, поняв, что сейчас не время взывать к родственным чувствам. – Ваше Императорское Величество, я знаю, что виновата, и приму любое Ваше наказание, потому что я его заслужила.
– Лю Луань, ты не только поставила под угрозу свою репутацию, но и ударила по авторитету нашей семьи и всего императорского двора!
Я ждала, что император отправит меня в Бюро наказаний получать удары палкой, но он медлил. Видимо, опасался выносить мне такой суровый приговор. Даже если стражники будут бить аккуратно, последствия для здоровья могут оказаться критическими, ведь физически я ненамного крепче Мэйлин, а может, и слабее.
– Позвольте мне сказать, Ваше Императорское Величество, – вдруг подал голос Вэй Лун.
Император, кажется, был рад отсрочке в вынесении приговора, потому что нетерпеливо махнул рукой.
– Говори.
– Ваше Императорское Величество, Вы приказали мне следить за принцессой Лю Люань и ее безопасностью. Это я подвел Вас, так как не проследил, чтобы в руки принцессы не попадало подобное, – в его голосе послышалось отвращение. – Кроме того, я личный страж принцессы, который должен оберегать ее жизнь и здоровье. Будет справедливо, если я приму наказание вместо нее.
Что он сказал? Я нахмурилась и снова попыталась прокрутить в голове слова Вэй Луна.
– Хм… – император задумался на мгновение. – Меня это устраивает. Стража, уведите его для наказания.
Его? В Бюро? Вместо меня?
– Нет! Отец, пожалуйста, не… не…
Горло стянуло словно удавкой, так что я начала задыхаться, не в силах выдавить ни звука. На глаза навернулись слезы. Это меня могли бы пожалеть, это мне могли бы смягчить или заменить наказание! Но на Вэй Луне оторвутся по полной. Зачем он вызвался? Неужели не понимает?
– Уведите ее, – приказал император. – Заприте в комнате и никого, кроме служанки, не впускайте.
Голова гудела. Может быть, это от разбившейся вдребезги души? Я смотрела, как Вэй Луна уводит стража, и ничего не могла поделать. Сердце сжималось от боли.
– Отец, пожалуйста, не надо! – Я вскочила на ноги и бросилась к императору. – Ваше Императорское Величество, я умоляю Вас, не делайте этого! Это я виновата, а не он! Пожалуйста, позвольте мне исправить мою ошибку!
Император посмотрел на меня с недоумением и раздражением.
– Уведите, – повторил он, указывая на меня головой.
Стражники подошли с обеих сторон, осторожно подхватив меня под локти. Я не сопротивлялась – наоборот, едва держалась на ногах, чувствуя себя марионеткой с оборванными нитями. Я даже не видела, куда меня ведут. Мир потерял краски. Слезы беспрерывно текли по щекам, оставляя соль на губах.
Едва переступив порог покоев, я села на холодный пол, обхватив колени руками. «Почему? Почему он это сделал? – бесконечно спрашивала себя. Неужели это все сюжет? Все идет по плану, но в оригинале это событие произошло позже».
