Смотря на говорившего, Хантер едва сдерживал себя, чтобы не скривиться. Все-таки не долюбливал он их, испытывая некоторое чувство брезгливости к тем, кто вынужден питаться человеческой кровью, чтобы выживать. Да и не так далеки были времена, когда эти клыкастые твари, не задумываясь, выпивали своих жертв досуха. Это последние сто лет правила несколько ожесточились, в противном случае наверняка и сейчас эти кровопийцы не были бы столь щепетильны в вопросах жизни их пищи.
— Как бы там ни было, его помощь нам не помешает, — вступился за крылатого Виктор.
— Будем придерживаться изначального плана? — спросил Борис.
— Он наиболее приемлем для нас, — кивнул Хантер. — Переться на магов с голой грудью, как минимум глупо. И хоть в прошлый раз его реализации несколько помешали сбежавшие пленники, теперь будем строго следовать ему. Отключаем систему охраны и стараемся тихо ликвидировать магов, потом полномасштабный захват территории. Если еще будет что захватывать.
— Не думаю, что они успеют так быстро отыскать места под другие базы, — выразил свое сомнение другой вампир. — Да еще и переправить на них заключенных. Даже если учесть, что они испугались разглашения со стороны захваченных нами магов.
— Они маги, не следует забывать об этом, — недовольно пробурчал Виктор.
Хантеру слушать все эти рассуждения ни о чем было абсолютно неинтересно. Сейчас его волновала более насущная проблема: он чувствовал, что его девочка начала просыпаться, а значит, пора бы уже гостям и честь знать.
— Итак, думаю, все уже решено? Я беру на себя центр «Амазонка», все будет готово к завтрашнему вечеру, — подымаясь со своего места, известил сидящих в гостинной сверхов. — А теперь меня ждут дела.
— Да уж, да уж, чуем мы ваши дела, — подколол его Борис и подмигнул, на что Хантер лишь недовольно поджал губы.
В гостиной действительно ощущался легкий запах секса, но даже несмотря на свои собственнические чувства, вервольф не мог заставить себя покинуть номер. Он должен быть рядом, когда Энджи проснется. Ей нужна его поддержка. Еще после самого первого вечера безумных занятий любовью, он при помощи устанавливающейся связи проэцировал на ее эмоции спокойствие. Мужчина чувствовал, что все эти испытания не пройдут бесследно для психического состояния Энджи и он оказался прав. С каждым разом ему приходилось все сложнее — их связь не была еще достаточно сильна, чтобы он мог оказывать суккубе ту поддержку, в которой она нуждалась. И как итог — его девочка таки скатилась до состояния полной апатии.
Выпроводив гостей, Хантер направился в спальню, где окутав сонную малышку своим теплом, принялся ждать ее пробуждения. Ему нужно было что-то, что помогло бы встряхнуть девушку.
Как же у них все неправильно складывается. Его неприятие ее сущности, эта долбанная хрень с подчинением суккуба своему первому мужчине, ее похищение, эта чертова инъекция и трое суток крышесносного секса. Он знает тысячу способов, как заставить ее стонать, но до сих пор без понятия, что она любит, какие фильмы смотрит, как предпочитает проводить свободное время. Он множество раз терял себя в ней, но ни разу не пригласил на нормальное свидание, не подарил цветы и не сделал ничего из той хрени, что принято делать среди людей, когда парню нравится девушка. Конечно, для него это бессмысленная трата времени, но это может быть важным для нее. Единственный раз, который с натяжкой можно было бы назвать свиданием они провели в парке аттракционов. Не то, чтобы ему не понравилось, но, возможно, ей необходимо что-то более романтичное. Ужин при свечах, пикник на берегу пустынного пляжа… Хантер скривился. Нет, это уже перебор…
Нужно придумать, как завоевать ее. У него есть месяц. Месяц, на протяжении которого он сможет удерживать ее по более или менее приемлемой причине. Месяц, чтобы убедить в том, что несмотря ни на что он ее мужчина и другого ей не нужно. И, видит Бог, лучше ей полюбить его и остаться рядом добровольно. О том, что будет в противном случае, Хантер предпочитал не думать, ведь он в любом случае уже не сможет отказаться от нее.
