Он знал, что инкубы смогли добиться ошеломляющих успехов в разработке вакцины и даже знал, что им вполне успешно удалось протестировать ее на девушке. Но даже вероятности не допускал, что ему встретилась именно она.
— Могу — моя мать работает в канадском отделении лаборатории «Новая жизнь» и у нее есть данные на девчонку. Впрочем, о ней сейчас разве что слепой и глухой не знает… ну, или кому вечно некогда смотреть новости. Она — наша надежда и… в общем, верни ее, Хантер.
По-хорошему верни, ведь просто так тебе ее похищение с рук не спустят.
— Не спустят, — покачал головой оборотень все еще пребывая в какой-то прострации, — но я в своем праве, если… то есть, она моя и теперь закон на моей стороне.
— Она не согласится остаться с тобой по собственной воле, — повысил голос Дэвид.
— Да, не согласится, особенно не после того, как…
Хантер устало провел рукой по лицу, спрятав его в ладонях. Он не сомневался в правдивости слов Дэвида и сейчас ему было не просто хреново, его выворачивало от омерзения к самому себе. Ему было страшно представить, сколько всего свалилось на девушку с ее превращением в суккуба и то, что она находилась в Огайо накануне инициации… он готов был отдать руку на отсечение — она сбежала от своего опекуна. Он с ней плохо обращался?
Он должен был сделать что-то реально плохое, чтобы в столь опасный для любого сверха период находиться одной на чужой территории. Дьявол! А ведь он ни разу не задумывался об этом с тех пор, как унюхал в ней суккуба. Слишком был занять колупанием в себе и взращиванием своей никому не нужной ненависти, уничтожением всего, что было и могло бы быть между ними.
— Хантер! — окликнул его Дэвид. — Я спрашиваю, «не после того, как» что?
Вервольф покачал головой, отказываясь отвечать на этот вопрос. Ему и перед самим собой было стыдно за свое жестокое поведение и невменяемое состояние, в котором он приперся к Энджи в прошедшую ночь. А еще было больно в груди и мерзко на душе, особенно от воспоминаний их последнего раза — когда она выгибалась под ним уже не от удовольствия, а от дискомфорта, а он не мог остановиться. Тогда в его отравленном алкоголем, легкими наркотиками и дикой ревностью мозгу бились лишь жестокие слова девчонки, что не хочет его, что он противен ей, что она лишь спит и видит, как оставить его, забыть о его существовании, что она хочет того чертового Алека, а его — Хантера — на дух не переваривает. И он захотел доказать обратное, ранить так же, как его ранили ее слова.
Возможно, если бы он накануне так не накидался и его зверь не был ослаблен воздействием наркотиков, добавляемых в алкоголь для сверхов, он смог бы вовремя придти в себя и не сделать многого, за что ему еще придется выспрашивать прощения.
— Хантер!!! — на этот раз инкуб рявкнул так громко и зло, что одна из официанток от неожиданности и страха даже поднос уронила.
— Я не будут об этом говорить, — снова покачал головой вервольф и поднялся со своего места.
— Хантер, ты не понимаешь, — догнал его на улице Дэвид. — Ей нельзя оставаться с тобой.
— Почему? — он даже остановился от такого заявления. — Слушай, я, конечно, вел себя как последний придурок, — и это еще мягко сказано, — но я смогу все исправить. Во всем мире не найдется существа, которое заботилось бы о ней лучше и трепетней, чем влюбленный вервольф. Ты же знаешь: Избранницы — смысл нашей жизни. Мы сможем преодолеть это и идти дальше. Знаешь, я ведь готов был быть с ней даже когда думал, что она обычный человек. Готов был уйти следом за ней, когда ее короткая человеческая жизнь оборвется.
Готов был на многое лишь бы быть рядом с ней, и даже отказаться от стаи. Но, как оказалось, совсем не готов был принять с сущностью суккуба. И пусть я наворотил дел, но…
Дэвид, я не позволю забрать ее.
— Хантер, ты поломаешь ее, если еще не поломал, — тихо увещевал его инкуб.
— Никогда, — то, что Дэвид может думать о нем подобное неприятно кольнуло Хантера, — даже когда только ехал к тебе, был уверен, что приму все как есть и больше не буду отравлять нашу жизнь ненавистью. Но теперь, когда могу быть уверенным…
— Ты не понимаешь! — с долей отчаяния воскликнул Дэвид, внимательно всматриваясь в лицо старого товарища и словно решаясь на что-то. — Сколько приказов ты ей отдал с тех пор забрал у опекуна?
— Причем тут это? — нахмурился Хантер, но пропустившее удар сердце подсказало — ему наверняка не понравится то, что хочет сказать инкуб.
— Ты был у нее первым и я уверен, наверняка постарался полностью удовлетворить ее голод или… позволил уйти? — Дэвид замолчал и внимательно посмотрел на оборотня. — Так я и думал, — тяжело вздохнул он, без проблем считав эмоции с лица старого сослуживца. — Скажи, когда ты… когда приказываешь ей что-то сказать или сделать она выполняет это?
