Его обхватили незримые руки, сдавили ребра. Настолько могучие, что даже не смог сопротивляться. Земля ушла из-под ног, затем метнулась навстречу, ударив по плечу, больно и сильно. Яфет вскочил и обрушил на едва различимый силуэт громадные кулаки, вкладывал в удары пробудившуюся звериную мощь.
Враг даже не качнулся. Яфет взревел, снова сдавил в могучих объятиях. Они покатились по траве. Тцар наседает, пальцы сжимают противнику горло, но тот не издает ни звука. Нет тяжелого сорванного дыхания, нет проклятий, нет мольбы о пощаде.
Враг снова исчез, оставив Яфета в недоумении. Он настороженно огляделся. Снова попробовал вытащить Меч, но оружие не поддалось, несмотря на все старания.
Полупрозрачный силуэт чужака вновь появился из ниоткуда. Руки железной хваткой сдавили Яфету плечи и грудь. В пульсирующем от страшной боли черепе раздался голос:
– Добром за добро, да, Яфет?
– Кто…кто ты? – хрипел Яфет, чувствуя, что задыхается от нечеловечески сильной хватки. Горло словно сдавливают чудовищной силы ладони. Грудная клетка едва не лопается. В ушах стоит грохот кузнечных молотов.
– Я вывез тебя с братьями на Ковчеге из уходящего в небытие мира… Я его сотворил и омыл своими слезами. Но выбрал тебя, Ноя и прочих из вас, чтобы дали начало новому миру! Тебе еще столько предстоит сделать. А ты тратишь жизнь на злобу и ненависть ко Мне…
– Незримый, – прошептал Яфет с ненавистью. – Бог, которому кланялся отец… Да будь ты трижды проклят… За то, что отнял Златокору! За Потоп! За то, что несправедлив ко всем людям! За то, что в мире правит жадность, зло, эгоизм! Будь проклят за такой несправедливый мир!
В голове вновь зазвучал голос:
– Златокору…ради твоего же блага… В тебе – огромная сила, Яфет…Ты должен расти, набивать шишки, ибо только теряя, приобретаешь. А несовершенный и несправедливый мир… я создал для вас, людей…
– Я сделаю его лучше! – прохрипел Яфет. – Ты – Зло. Со всеми твоими замыслами…Я докажу! В нас самих есть сила! Люди тебя позабудут! Ты – нам не нужен!
– Этот мир – мой дар вам…. – раздался голос Незримого, похожий на громкий шелест листвы. – И вы, люди, его улучшите. Дети…должны пойти дальше Отца. Мое благословение с вами…
– К черту благословение! Я сам все смогу!
– Самоуверенность только на пользу, Яфет… Твое имя запомнят потомки. Но не жди счастья или покоя. Кому много дают, с того и спрашивают…А тебе я дал много. Очень много!
Яфет дернулся и закричал от охватившей его страшной боли. Вздрогнув и резко открыв глаза, он обнаружил, что лежит на траве. Вокруг сереет разбросанный ветром пепел костра. Следы пребывания нежити, нечистоты, куски тел и перья исчезли, словно их и не было вовсе. В животе разлилось приятное пульсирующее тепло.
Яфет чувствовал в мышцах неимоверную силу, хотелось свернуть синеющие на горизонте горы, вырвать с корнем деревья. Казалось, он в одиночку смог бы прямо сейчас выстроить терем на этой поляне.
Он отогнал глупые мысли – такую силу надо к более достойной цели.
Поднявшись, Яфет сунул Меч в ножны и двинулся назад в Деревню.
– Да вы что творите?! – в ярости кричал Громострел.
Рядом рычит и силится вырваться Соколиный Клюв – обоих со связанными руками выволокли из землянки и повели к капищу, снабжая толчками в спину.
Рядом шагает могучий Боромир. Громострела и Соколиного Клюва ведет с десяток охотников. Издалека, там, где за поляной высится капище с идолами, стоит толпа –долетает гомон, слышится смех, задорные крики.
– Руки прочь, мерзота! – орал Громострел. У него под глазом темнеет кровоподтек, на челюсти красная отметина – куда прилетела зуботычина пудовым кулаком.
– Задобрим богов, – пояснил Боромир. – Вашего тцара они не приняли. Придется зарезать вас.
– Надо дождаться Яфета! – твердо сказал Соколиный Клюв, глядя на невров из-под кустистых бровей. – Он вернется и принесет Цветок, уговор был такой!
– Да не вернется, – отрезал Боромир. – К тому же, он убил Осколота и его людей, что шли передать ему послание Ильмены. Мы отыскали три пары сапог и волчовку в болоте.
Громострел упрямо остановился, но невры схватили за руки, поволокли силой. Соколиный Клюв глянул на друга, но его тоже ухватили за плечи и толкнули вперед. Окруженное толпой капище неумолимо приближается. Невры – высокие, смотрят на них сверху-вниз, но куда им до Яфета с его громадным ростом.
Лесные люди расступились, давая дорогу. Мужчины душегрейках из волчьих и медвежьих шкур. Громострел заметил, что здесь даже старики выглядят моложаво – мускулистые и крепкие, по виду, и медведя заломают, хотя на лицах уже плюнуть некуда от морщин, и седина заграбастала все волосы, из тех, что остались.
Женщины в рубашках до земли, на некоторых платья, ростом пониже мужчин. Тут не только старики и зрелые, но собрались и парубки, молодые девки. Перешептываются, девушки хихикают, но стараются не привлекать внимание.
