Яйцо Пинхоу (ЛП) полностью

– Не. Он не похож на того, кто будет досаждать нам здесь, когда Деда уже несколько лет как нет. Я имею в виду, он занимался только обучением и изучением книг, не так ли? А не использовал травы, как это делаем мы. Нет нужды сталкиваться с ним. Но оставайся на чеку, если понимаешь, о чем я.

– Буду, – сказал Джосс.

Они попросили у Артура еще пива и некоторое время подкреплялись пирогами со свининой и маринованным луком. Вскоре Гарри вспомнил спросить:

– Так как дела у Джо?

Джосс пожал плечами:

– Хорошо, полагаю. Я его почти не вижу.

– Прекрасно. Значит, он еще не попал в неприятности, – сказал Гарри.

А потом Джосс вспомнил спросить:

– А как Бабка устроилась?

– Отлично, – ответил Гарри. – Дайна с успехом присматривает за ней. Она сидит там, и никто не может добиться от нее ничего осмысленного, даже наша Марианна, но, видишь ли, она счастлива. Она заставляет Марианну заходить туда каждый день и каждый раз говорит Марианне, что она должна присматривать за ее котом. И всё. Тут спокойно, на самом деле.

– Мне стоит сходить засвидетельствовать ей почтение, – сказал Джосс. – Если я этого не сделаю, она наверняка узнает, что я был здесь, – он выпил остатки пива и встал. – Увидимся позже, Гарри, Артур.

Он подобрал на дворе свой велосипед и спустился с холма через деревню, кивая встречавшимся Пинхоу, которые кричали приветствия, и покачав головой на груды кирпича и земли там, где в стену почты врезался стол. Озадачившись, почему никто до сих пор ничего не сделал, чтобы починить стену, он повернул на аллею Лощины и вскоре прибыл на приусадебный участок. Гуси, утки и куры шумно разбегались с его пути, когда он подошел постучать в парадную дверь.

– Я пришел повидать Бабку, – сказал он открывшей дверь Дайне.

– Вот странно! – воскликнула Дайна. – Она говорила о тебе всё утро. Повторяла мне снова и снова: «Когда придет Джосс Каллоу, ты должна немедленно привести его», – говорила она, а я даже и не знала, что ты собираешься в Улверскот!

Она нырнула внутрь дома и открыла дверь с правой стороны крошечной прихожей.

– Бабка, угадай кто! Джосс Каллоу пришел повидать тебя!

– Ну, они все это говорят, – ответил голос Бабки. – Они всё время смотрят и шпионят за мной.

Джосс Каллоу остановился в дверях. Частично он размышлял, что ответить, а частично был потрясен силой чар, которые наложил Гарри Пинхоу, чтобы не дать Бабке выйти. Встряхнувшись, он пробрался через крошечную переднюю комнату, заставленную чайниками, вазами и коробками, которые, по мнению остальных, могли понадобиться Бабке. Бабка сидела в прямом вольтеровском кресле, которое почти скрывало ее морщинистое лицо и взлохмаченные белые волосы. Она сложила руки на коленях, обтянутых чистой-чистой юбкой.

– Как ты сегодня себя чувствуешь, Бабка? – сердечно спросил он.

– Не такой широкой, как дверь амбара, но достаточно, чтобы впустить цыплят, – ответила Бабка. – Большое спасибо, Джосс Каллоу. Но это сделали Эдгар и Лестер, знаешь ли.

– О? – произнес Джосс. – В самом деле?

Пока он думал, что еще сказать: сообщить ли ей новости из Замка или поговорить о погоде, Бабка резко заявила:

– И теперь, когда ты, наконец, здесь, ты можешь немедленно привести сюда Джо.

– Джо? Но я сам могу рассказать тебе новости Замка, Бабка.

– Мне не нужны новости, мне нужен Джо, – настаивала Бабка. – Я не хуже тебя знаю, где он, и я хочу, чтобы он был здесь. Или я уже не Бабка для тебя?

– Да, конечно, Бабка, – ответил Джо и попытался сменить тему: – Сегодня немного пасмурно, но…

– Не пытайся отвлечь меня, Джосс Каллоу, – перебила Бабка. – Я велела тебе привести сюда Джо, и я серьезно.

– Но довольно тепло… немного слишком тепло для езды на велосипеде, на самом деле.

– Кого волнует погода? Я сказала привести сюда Джо. Иди приведи его немедленно и прекрати улещивать меня!

Эти слова показались Джоссу ясными и совершенно здравыми. Он вздохнул при мысли о потерянном вечере в «Гербе Пинхоу» с болтовней с Артуром и, возможно, игрой в дартс с Чарльзом.

– Ты хочешь, чтобы я проехал весь путь обратно до Хелм Сент-Мэри и передал Джо, чтобы он пришел сюда, правильно?

– Да. Ты должен был сделать это еще вчера, – ответила Бабка. – Не знаю, что такое с вами, молодежью, что вы оспариваете мои приказы. Иди приведи Джо. Немедленно. Скажи ему, что я хочу с ним поговорить и что он не должен никому об этом говорить. Давай. Иди.

Благоговение, которое испытывала вся семья Пинхоу перед Бабкой, было таким, что Джосс не стал спорить и не посмел снова упомянуть о погоде.

– Ладно, – ответил он и ушел.

Кот с Сиракузом, который стремился: «Быстрее, быстрее!», – скакали по газону, в то время как Роджер ехал рядом по дороге на велосипеде. На ровных участках они спокойно двигались вровень, но каждый раз, когда они приближались к холму, Сиракуз взлетал по нему, тряся головой и пытаясь припустить галопом, а Роджер приподнимался на педалях и яростно крутил их, пыхтя как паровоз. Круглое лицо Роджера становилось малиновым, но он всё равно сильно отставал.