– ᙢậлǣкиай, – повторил он, вкладывая в каждый слог тяжелую, удушающую темную силу.
Киай почувствовал, как его власть над телом крепчает, а тьма вокруг становится гуще.
Казалось, Ксандр тоже заметил изменения и торжествующе улыбнулся.
– Вы с Каем не связаны, верно? Ты не зависишь от него? – Он с любопытством наклонил голову к плечу. Страх и настороженность покинули его, и сейчас он вел себя так, словно общался с тем же самым принцем, которого всегда оберегал.
Киай покачал головой, странно глядя на него. Он был удивлен, что этого тринадцатилетнего мальчишку не пугало ни внезапное пробуждение демона в теле друга, ни тьма, окутывающая округу и отравляющая все живое, кроме них двоих.
– Значит, ты не скажешь ему о нашей встрече? – спросил Ксандр, лукаво прищурившись.
Киай снова покачал головой. Что и кому он мог рассказать? Брат воспринимал его лишь как частицу своего безумия, и никто в семье не подозревал, что это безумие имело разум.
– Отлично. – Ксандр немного помедлил и сложил руки в приветственном жесте. – Тогда рад знакомству с тобой, младший братец, – закончил он, кланяясь.
Киай молча поклонился в ответ, а потом мир перед его глазами померк.
Что это было и почему Ксандр с первой встречи пожелал стать назваными братьями, Киай не понял, но Люциан, уже знакомый с этим отрывком прошлого, кое о чем догадался.
Мысли прервались, и Люциана увлекло в новый водоворот воспоминаний.
На этот раз они находились в покоях Кая, куда Ксандр привел его под предлогом отдохнуть и выпить чаю, но на самом деле использовал это, чтобы призвать демона.
– У меня вопрос, – произнес Ксандр, разливая чай по пиалам. – Как ты оказался в теле темного принца?
Киай покосился на чай. Он больше не хотел его пить. На вкус напиток оказался горьким и даже немного острым.
Он строго посмотрел на Ксандра, который выглядел немногим старше, что в их первую встречу. Будучи запертым, ему не всегда удавалось четко отслеживать течение времени.
– Не переживай, я наложил на комнату заклятие запечатывания. В ближайшее время никто не узнает, что ты пробудился, – ответил Ксандр, хотя Киай не задавал вопрос. – Ну так что, расскажешь мне, как оказался в этом теле? – снова спросил он, но Киай промолчал. Ксандр задумчиво вздохнул и, не отрывая пытливого взгляда от чужого лица, произнес: – Тогда задам другой вопрос: что удерживает тебя в теле принца? Раз вы не связаны, почему ты не покинешь его? Ты ведь наверняка демон ранга «сошка»? Можешь переселиться.
Киай почувствовал ужасную сухость в горле, а его язык словно онемел. Приложив огромные усилия и напрягая чужую мышечную память, он прошептал:
– Я заперт… здесь.
Ксандр навострил уши.
– Кем?
– Ть… мой.
– Чьей? Кая?
Киай покачал головой и все-таки опасливо сделал глоток полного отравы напитка, лишь бы смочить горло. Он почувствовал, как его тьма стала гуще, а он сам будто бы стабилизировался в чужом теле и уже не так сильно рисковал потерять сознание.
– Не знаю, откуда она взялась, – начал он медленно. – Но, когда придет срок, я исчезну, а брат… изменится.
На лице Ксандра не дрогнул ни один мускул. Он был спокоен, но во взгляде его читалось удивление.
– Исчезнешь? Но я не хочу, чтобы мой младший исчезал. Может, существует какой-то способ вытащить тебя?
Киай снова покачал головой.
– Я принадлежу тьме, которой обладает Кай. Она избрала сосудом его и, когда придет время, поглотит меня, чтобы он освободился.
Брови Ксандра дрогнули.
– Это означает твою смерть, ты ведь понимаешь? – мрачно спросил он, и Киай кивнул. – И тебя это устраивает?
Демон невесело усмехнулся и хрипло ответил:
– Тот, кто не живет, смерти не боится.
Ксандр вздрогнул и опустил голову. Он долго молчал, прожигая взглядом стол, а потом с его губ сорвался смешок.
– Да быть того не может… – прошептал он и вновь посмотрел на Киайя. – Кажется, я знаю, что за тьма избрала твоего брата, и если я прав, то эта сила действительно невероятна. – В его глазах вспыхнули опасные огни, и он подался вперед, уперевшись ладонями в стол. – Если попробую, ты позволишь освободить тебя из оков этого тела?
Киай все что угодно ожидал услышать от странного мальчишки, но только не предложение свободы.
– Зачем тебе это? – нахмурившись, спросил он.
Ксандр небрежно пожал плечами.
– Люблю совершать невозможное. Кай этого не замечает, но на самом деле я гораздо умнее, чем может показаться.