— пропел Левонис.
— Я вижу, ты как всегда в хорошем настроении? — улыбнулся Брэм.
— К чему грустить, друг мой? — легкомысленно рассмеялся глаза тот. — Да и ты, Кейтен, улыбнись. Твой дядя просто ступил на новый путь. И пусть будет легкой его дорога!
— Эльфы, — закатил глаза Виктан.
— Но в чем-то он прав, друг мой, — усмехнулся Брэм, — давайте закончим с завтраком и поспешим уладить все дела перед дорогой домой.
— Какие дела? — удивился Виктан. — Разве мы не выяснили все… что хотели? — запнулся он и виновато посмотрел на Кейтена.
— Выяснили, — ответил за него Брэм, — но не забывай, что мы так же выяснили, что у Николаса и Лексин есть ребенок. Прямой долг Кейтена позаботиться о кузине, ведь больше у нее нет родных.
— Ах да, та девочка, которая вчера обвиняла Левониса в воровстве песни, — усмехнулся Виктан.
— Смелая малышка, — рассмеялся Левонис, — вылитая Лексин в юности. Она унаследовала ее чудесные зеленые глаза! С удовольствием с ней пообщаюсь.
К столу подошел Бересень, сопровождаемый дочерью Верой, которая несла друзьям завтрак.
— Надолго решили задержаться у нас, господа? — пробасил трактирщик.
— Нет, друг мой. Сегодня же мы отправляемся, пора вернуться домой. Только уладим несколько дел со старостой.
Вера проворно расставила тарелки перед мужчинами, поставила большой кувшин молока и замерла рядом со столом, с интересом косясь на Виктана. Тот перехватил взгляд, усмехнулся и заговорщически подмигнул молодухе. Вера смущенно заулыбалась, щеки раскрасило румянцем.
— Что стала, негодница? — перехватив ее взгляд, нахмурился Бересень, — иди на кухню, помоги матери. Господа пожелают взять припасы в дорогу, так что поспешай. — Девушка послушно кивнула и направилась в кухню, не забывая, впрочем, покачивать бедрами и бросать на приглянувшегося ей воина игривые взгляды через плечо.
— Спасибо, хозяин, это будет нелишним. Скажи, где у вас можно прикупить одежды? — поинтересовался Брэм.
— Ну, одежду-то у нас обычно жены шьют для всей семьи, если только готовую у кого прикупить. Да только на вас все равно перешивать придется… много одёжы-то надо вам, господин?
— А это и не для нас, — рассмеялся Брэм, — одежда нужна госпоже Велене.
— Госпоже Велене? — удивленно уставился на него трактирщик.
— А вы разве еще не в курсе? — усмехнулся Левонис, — а ведь вчера в вашем трактире произошло прекрасное событие, воссоединение семьи вот этого хмурого юноши, — он указал на Кейтена, который бросил на него суровый взгляд исподлобья.
— Вот же как… — растерянно пробормотал Бересень, — никогда бы не подумал… «Госпожа Велена»?
— Госпожа, — довольно подтвердил Брэм, — Велена двоюродная сестра нашего Кейтена, а он, скажу вам по секрету — Брэм положил руку на плечо воспитанника, — владеет титулом графа.
— Ох, ты ж… — испуганно залепетал Бересень, — а мы с вами так по-простому. Вы уж простите нас, Ваша Светлость…
— Брэм, прекрати уже этот балаган! — недовольно передернул плечами Кейтен. — И вы, почтенный, успокойтесь. Ничего большего нам не нужно, вы и так все прекрасно устроили.
— Ну, раз вы так говорите, — улыбнулся трактирщик. — А Велену нашу, забираете, значит. Хотя и к лучшему. Не такая она, как нашенские дети, нелюдимая. Только сказки одни на уме. Да и Марта очень уж строга к девчонке, не иначе как за мать ее.
— О чем это ты? — нахмурился Брэм, — что такого сделала ее мать?
— Да что вы, господин, ничего она не сделала! — замахал руками Бересень, — святая была женщина! Всем готова была помочь, а уж сколько всего знала! И в травках целебных понимала, людей там полечить или совет какой дать.
— Так за что жене старосты на нее злиться?
— Да за то и злиться, понятное дело. Люди-то в деревне Лексин уважали, да и к Нилу чаще, чем к старосте за помощью ходили. Ворт мужик с пониманием, рад только, что есть кто образованный, людям помочь, не то, что мы дурни деревенские. А Марта… дура баба, что с нее взять. Затаила злобу, что люди Лексин, больше, чем ее, жену старосты, уважают.
— Вот оно что, — задумчиво протянул Брэм, — твой дядя не смог быть незаметный. Впрочем, не удивительно, — покосился он в сторону Кея.
— Люди, — презрительно хмыкнул Левонис, — вы всегда ищете власти и находите причину обвинить других в своих ошибках.
— Как ни печально, но наш эльфийский друг прав, — вздохнул Виктан.
Бересень с интересом следил за разговором друзей, но вмешиваться не решался. Он уже смекнул, что хрупкий менестрель не человек, как кажется на первый взгляд и теперь его догадки подтвердились. В их тихой деревушке такие гости были еще большей редкостью, чем обычные люди, поэтому трактирщик тщательно разглядывал Левониса, чтобы было потом о чем посудачить с друзьями за кружкой пива.
— Так что же нам делать с одеждой для девочки? — вспомнил Брэм.
— Не беспокойтесь, господин. С этим будет проще. Небось от дочек старших остались кой-какие платья. Сейчас клинку хозяйку мою, Миловану, найдем что-нибудь.
