– Хватит об этом! – вспылил Веригин. – Я поступил правильно и не жалею о случившимся! Понял?
– Понял, понял. Что орать-то? – Валентин снял с головы маску и затем стянул капюшон. – Аж уши заложило. – Его спокойный тон резко контрастировал с нервозностью Максима.
– И я хочу еще раз заявить о том, – Веригин перешел почти на шепот, – что ни я, ни Марина сегодня, нет, отныне и во веки веков не будем совершать в этом аду никаких погружений.
– Обеими руками „за“. – Валентин поднял ладони вверх.
Веригину и Лосевой такой поворот показался более чем странным. Заметив это, Решетников продолжил:
– Я осознал, что во многом, очень во многом был не прав. Сейчас все представляется мне словно в ином свете. Эти сокровища застили мне глаза. Я не вправе подвергать ваши жизни опасности из-за каких-то смоляных побрякушек. Ведь нет в этом подлунном мире ничего ценнее человеческой жизни.
Высокопарная речь „командора пробега“ за Янтарной комнатой на некоторое время парализовала слушателей. От изумления они буквально разинули рты. Сцена была трагикомичной: сидящие рядом красивая блондинка и отпугивающего вида бородач внимали медоточивым устам кудесника слова. Прямо явление Христа народу, каким бы кощунственным не показалось подобное сравнение.
Нам будет вполне достаточно и того, что мы уже отвоевали у подземных вод. Фортуна долго нам улыбалась, но, видимо, мы чем-то прогневали эту непостоянную и своенравную дамочку. Вот она от нас и отвернулась. – Валентин вздохнул. – Но чтобы сохранить добытое, нам надо погрузить трофеи на лодку и побыстрее вывезти их отсюда, пока не нагрянули конкуренты. Ты со мной согласен, Макс?
– На все сто! – просиял Веригин. Казалось, инцидент исчерпан. Валентин сам шел ему навстречу, чувствуя за собой вину.
– Отлично, значит, у нас есть еще время. Так что не будем торопиться. Поднимем все со дна и сделаем этой смрадной жиже ручкой. – Решетников опустил руку в воду, нащупал тросик и стал вытягивать его из воды.
Таких, привязанных одним концом к плоту, тросов было четыре. С другой стороны к ним крепились большие брезентовые сумки с украшениями из янтаря. Этот способ хранения драгоценностей представлялся ребятам самым надежным. И вот настало время поднимать реликвии на поверхность, чтобы затем переправить их ко входу в катакомбы.
Пока Решетников выуживал бесценные раритеты, Веригин принялся собирать инструмент и снаряжение. Лосева хотела помочь ему и, согнувшись, чтобы не задеть головой низкий потолок, двинулась к Максиму, но поскользнулась и случайно толкнула ногой лежавший на краю площадки акваланг. Баллон, зацепив ремнями маску, потянул её за собой в воду.
– Ой! – Девушка прижала пальцы к губам.
Увлеченный подъемом со дна бесценного груза, Решетников не обратил на вскрик Лосевой внимания. Веригин же, вывернув шею до упора (он сидел спиной к Марине), кинул через плечо:
– Что случилось?
– Ничего, – соврала Лосева. – Поскользнулась. – Подобравшись поближе к Максиму, она зашептала ему в ухо: – Максим, я утопила акваланг с маской.
– Это поправимо, – парень ободряюще подмигнул девушке и улыбнулся: – Достану попозже.
– Только ему не говори, – шептала Марина.
– Хорошо, – тоже шепотом ответил Веригин.
– Что вы там шушукаетесь? Почуяли волю? Ишь, разворковались! – Решетников деланно рассмеялся. Девушке это было неприятно. Марина каждой клеткой своего организма чувствовала неестественность поведения Валентина, который вдруг стал покладистым и сговорчивым. Такая разительная перемена настораживала ее и даже пугала.
– Макс, успеешь намиловаться! Помог бы мне лучше, что-то у меня последний мешок застрял. Зацепился, что ли?
– Сейчас поглядим. – Веригин подполз на коленях к краю площадки и ухватился за трос.
– Ну что там? – спросил Решетников, согнувшись дугой.
– Да вроде все нормально, – заключил Максим. – Тяни просто посильнее, и все будет о’кей. – Бородач хотел было подняться с колен, как вдруг на его голову обрушился сильный удар. Веригин упал в воду, подняв сноп брызг.
Лосева, схватившись за голову, как будто ударили именно ее, пронзительно завизжала.
– Замолчи, дура!
Решетников потряс перед ее лицом разводным гаечным ключом. Увидев орудие убийства совсем рядом, перепуганная до полусмерти девушка закричала еще сильнее.
– Заткнись, я сказал! – заревел Валентин и схватил Марину за волосы. Он впервые пожалел, что у нее была короткая стрижка. Длинные волосы можно было бы намотать на руку. – Молчать, а то и тебя отправлю вслед за ним!
– Максим! Максим!, – Марина попыталась вырваться и броситься на помощь упавшему в воду Веригину, но безжалостная крепкая мужская рука дернула за волосы так, что едва не расчленила шейные позвонки. От нестерпимой боли девушка взвыла:
– А–а! Ублюдок! Убийца! Подонок!
– Закрой пасть, стерва! – Решетников еще раз встряхнул ее, и Лосева покорилась.