«Есть одно различие между Корчаком и этими педагогами: изучая их, складывается впечатление, что опыт их надо перенимать тотчас же... А когда начинаем делать все так, как кто-то из них, замечаем, что чего-то, может, как раз самого главного, и не хватает.
Мы только глубже убеждаемся, как верны замечания Сартра: после эпохи новаторства и революционного подъема наступает эпоха бюрократической серости, застоя. И, в конце концов, приходится признаться, что самое лучшее, что было у великих учителей, уходит вместе с ними: это обаяние их личности, характер, природный ум, уменье руководить людьми, то есть то, чего нельзя передать вместе с творческим наследием.
О Корчаке можно сказать: он никогда не пробовал создать законченную, декартовскую или аристотелевскую, теорию развития ребенка, найти такие общественные или психологические факторы, которые оказывали бы постоянное влияние на воспитателей. Зато Корчак владел живым, поэтическим слогом, больше напоминавшим слог Ницше или Эзопа, чем академический язык. Это были не рецепты, а вопросы, полные забот и беспокойства, которые касаются и нас».
Я пытаюсь развеять миф о родстве воспитательных систем Корчака и Макаренко. В этот миф верят многие педагоги из разных стран. А между тем Корчака и Макаренко разделяло все, кроме главного — отношения к ребенку и признания воспитательной роли коллектива. Разделяло их мировоззрение, разделяли социально-политические системы, интересы, бытовые условия и, наконец, общество, в котором работали и которое сами же и создавали. Они по-разному понимали роль коллектива как воспитательного фактора. Оба верили в его созидательную силу, правильно указывали на основные ее компоненты — состав, организацию и самодисциплину. Но коллектив у Макаренко напоминал военную казарму. А разве был другой выход? По-моему, не было. Нельзя приписывать Корчаку родство с Макаренко, работавшим в условиях гражданской войны, голода и разрухи! Для Макаренко коллектив был решающим фактором в процессе перевоспитания преступника в здорового члена общества. Коллектив был фундаментом возрождения человека, движущей и направляющей силой всей системы воспитания. А когда переменились условия, породившие систему, пропала и потребность ее применения. Система оказалась ненужной. Ее нельзя уже было применять в условиях нормальной жизни. Макаренко создал единственно возможную для того времени воспитательную систему, приспособленную для специальной педагогики, занимавшейся несовершеннолетними преступниками.
А Корчак действовал в плане осуществления своих воспитательных идеалов, раскрывая и утверждая в детях возможности саморазвития, заложенные в них природой. Он также высоко ценил коллектив, но как результат самодеятельного творчества личностей. Личности создают коллектив, а коллектив в свою очередь воспитывает личности, которые преображают облик коллектива. Происходит процесс обратного сопряжения: личность воздействует на коллектив, а коллектив воспитывает личность.
Корчак не создал системы. Он оставил записки педагога о методах воспитания, требовавших испытания временем, начертал схемы и границы, в которых воспитатель может свободно искать решения проблем. Он создавал идеи, не признававшие догм. Основной смысл его учения состоял в том, что воспитание без красоты, без любви к ребенку является холодным, мертвым и при всей своей научности лишено перспектив. Как же Корчак воспитывал? Чтобы ответить на этот вопрос, надо знать, к чему он стремился.
Корчак считал, что предубеждение у детей не возникает только интуитивно. У них происходит вполне сознательный выбор, кого любить, а кого ненавидеть. Януш Корчак отказался искусственно делить детей по категориям, видел, что это ничего не даст, так как возникает стена между воспитателями и воспитанниками, которая мешает общению и взаимопознанию.
