Темная гостиная была обставлена в европейском стиле: мягкий диван с двумя креслами вокруг продолговатого журнального столика. Под лучом фонаря сверкнул темно-синий узор напольной минской вазы. Вик огляделся по сторонам. На низенькой этажерке с аудиовидеотехникой справа от дивана стояли компьютер, проектор, дисковый проигрыватель, эпидиоскоп и еще какие-то не вполне понятные гаджеты. На стенах висело несколько полотен в ажурных багетных рамах. В дальнем углу единственным напоминанием о японских корнях хозяина маячил мрачный манекен в самурайских доспехах с алебардой в руке. На рогатом шлеме отчетливо вырисовывался золоченый шишак с вычеканенным гербом – три скрещенные стрелы. Никакой тумбы со шкатулкой, о которой рассказывала Нина, в поле зрения не попадалось.
Еще раз глянув на часы и мысленно выругавшись по-английски (к русскому мату он до сих пор не мог привыкнуть после Штатов), Вик приготовился обследовать следующую комнату. Он уже сделал несколько шагов по направлению к выходу, но, интуитивно обернувшись в последний раз, вдруг заметил под журнальным столиком смутный контур добавочной полки для прессы с каким-то крупным рельефным предметом посередине.
Сердце разведчика учащенно забилось. Одним прыжком он перемахнул через кресло и выхватил из-под палисандровой столешницы черную лакированную шкатулку. Под лучом фонаря вспыхнуло оперенье тисненой перламутром птицы феникс на крышке ларца. Вик приподнял крышку пальцем, потянул вверх, и она легко подалась, открывая пустоту внутри. Обтянутое шелком черное матовое нутро маленького ящичка служило лишь фоном для лежащего в нем предмета – компьютерной флэшки, оформленной в виде маленького изящного фарфорового параллелепипеда с гравюрами Хиросигэ по плоским граням.
Сунув флэшку в карман и мысленно возблагодарив японских богов, Вик ринулся назад, к зимнему саду. По дороге он споткнулся о бездыханное тело верного питона и брезгливо отбросил ногой тяжелый хвост. Веревочная лестница мирно колыхалась под вечерним бризом за прорезанным в монолитной толще окном. Застегнуть карабин и выбраться наружу было делом нескольких секунд, а еще через две минуты Виктор Нестеров уже сматывал капроновые ступени, стоя на крыше и любуясь панорамой ночного Токио. На востоке тускло блестела гладь Тихого океана. Сверкали огни кораблей в заливе. Чуть южнее, в районе аэропорта Ханэда, мерцая бортовыми огнями, садились три самолета. На севере горящими струями растекались бесчисленные потоки машин по улицам Гинзы, а за ними упиралось макушкой в темные облака подсвеченное Небесное дерево – новая пятисотметровая телебашня. Ее престарелая крестная – старая красная Токийская башня, построенная когда-то в пику Эйфелю по сходным лекалам, но на несколько метров выше – вздымала свой пирамидальный стальной каркас совсем рядом, в полукилометре от Роппонги-хиллз.
Вик вздохнул. Ему хотелось полюбоваться ночными видами столицы подольше, но надо было спешить. Часы показывали без четверти одиннадцать. Он аккуратно убрал альпинистскую амуницию в сумку, отряхнул брюки, поправил марлевую маску и спустился в каптерку, где контролер по-прежнему мирно сопел на диване. Кодзи чинно сидел за столом, перебирая стопку с корешками билетов и поглядывая в зал, где прогуливалось несколько припозднившихся посетителей. Завидев напарника, он встал и неторопливо проследовал к лифту. Как только створки дверей сомкнулись. Вик тронул пальцем закодированные позывные Нины на дисплее айфона. Дождавшись, пока звонок прозвучит три раза, он нажал отбой. Минуту спустя, в тот момент, когда они вышли из лифта в пустой просторный вестибюль со скучающим вдалеке вахтером, за стеклянной дверью на пандусе показался компактный силуэт Хонды Фит. За рулем сидела женщина в изящной шляпке с полями. Нижнюю часть ее лица скрывала гигиеническая марлевая маска.
В машине все трое молчали до того момента, пока здание небоскреба не осталось далеко позади. Наконец Кодзи нарушил тишину.
– Все по плану? – осведомился он, доставая из пиджака серебристый карманный компьютер. – Давай проверим, что там.
– В целом по плану, – кивнул Вик и протянул фарфоровую флэшку, украшенную миниатюрными гравюрами.
– Красота! – хмыкнул Кодзи, вставляя переносной носитель в единственный порт мини-компьютера.
На дисплее показались строчки иероглифов, которые, по всей вероятности, отражали содержание файлов. Кодзи поочередно трогал их пальцем, и на экране один за другим возникали чертежи с подробными обоснованиями конструктивных решений. Вик, сидя рядом, рассеянно следил за изображениями, не стараясь вникнуть в их смысл. Японского он не знал, так что все содержимое флэшки оставалось для него загадкой, но в аутентичности самого предмета сомнений не было. Желтые глаза и хищный оскал питона вновь и вновь вставали перед мысленным взором майора. Кодзи между тем закончил сверку, скопировал папку в память компьютера и отдал оригинал Вику.
– Поздравляю! – торжественно сказал он с ноткой легкой иронии в голосе. – Задание выполнено блестяще. Сам будешь передавать в центр или мне послать сейчас?
